Айзек принялся внедрять систему ступенчатого образования начиная с дошкольного уровня и заканчивая вопросами повышения квалификации. Фактически, он хотел создать нечто вроде механизма, который будет выявлять психологические склонности детей и направлять их в соответствующую сферу — инженерию, медицину или, например, науку. И всё это предполагалось обильно сдобрить как явной, так и скрытой пропагандой. Правда, достаточно тонкой — через повсеместную символику, НЛП в текстах учебных пособий и замаскированное манипулирование. К тому же, к этому процессу предполагалось подключить и кинематограф, в котором сценаристы и постановщики должны добавлять в сами сюжеты, так и с «фон» громадное количество элементов, создающих строго просчитанное информационное пространство для подрастающих поколений. Всё это, по задумке Кларка, будет формировать взгляды, жизненные принципы, привычки и убеждения граждан страны, создавая будущие кадры.
Данный процесс предполагалось интегрировать как в дошкольное образование, так и в систему внеклассных бесплатных секций, открытых для всех желающих. В ВУЗах и аспирантурах же пропаганда должна была стать ещё более тонкой, работающей на более глубоком уровне.
Нет, с самой задумкой Кларка Хоган был согласен. Контролировать население с помощью законов и полиции — глупая идея. Простые граждане должны сами желать порядка и определенного образа жизни, радоваться тому факту, что живут именно в Империи, а не в какой-нибудь нейтральной системе, где ночью из дома страшно выйти без армейского генератора личного щита и станкового лучемета. Однако, тотальность влияния на умы, которую задумал Айзек, откровенно пугала даже архимага. По большому счету, Кларк хотел превратить население в нечто подобное религиозным фанатикам, но на место божества поставить само государство Империю Дракона. Даже не себя лично, чему Джим не удивился бы, а именно страну.
Это пугало древнего мага.
Вздумай Айзек превратить простых смертных в ярых сторонников своей персоны и обеспечить таким образом себе лояльность населения, Хоган воспринял бы это спокойно. Но Кларк пошел иным путем. Данная странность сбивала с толку. Сколько бы Джим ни пытался понять мотив, причины и цели подобных действий, выводы оказывались пугающими.
Айзек Кларк — фанатик. Или идеалист. Что хуже всего, он умудрился не просто добраться до власти — стать правителем единого человеческого государства, в составе которого имеются вассальные, генетически совместимые с людьми, расы. И это страшно. Идеалисты и фанатики… Это личности, с которыми крайне сложно и опасно иметь дело. Идя к своей цели, к своей мечте, они сотрут в порошок любого, кто попытается им помешать. И если реальность отличается от ожиданий этих страшных личностей, они утопят всё вокруг в крови, но заставят мироздание соответствовать своим взглядам.
Именно это теперь можно было наблюдать в возрожденной Империи Дракона.
Кларк прекрасно понимал, что простые смертные сильно отличаются от того, какими должны быть идеальные граждане. И это нормально, когда живое существо, в первую очередь, думает о себе и своих потомках, а уже во вторую — об обществе и стране. Однако, Айзека это не устраивало. Потому он решился на радикальный шаг — изменить своих подданных. К счастью, не силовым путем, хотя репрессивный аппарат уже начал активную работу, обеспечивая суды миллионами уголовных дел, а куда более мягким и не столь кровавым. Удивительное дело, учитывая истинную природу Кларка.
Вторым направлением, за которое взялся новый император, была экономика.
После того, как гипер стал невероятно опасным местом, стране пришлось окончательно перестроить логистику грузовых и пассажирских перевозок, а контрабанда и пиратство претерпели серьёзные изменения. И если первая попросту адаптировалась, то второе практически вымерло.
На первый взгляд — это было более чем хорошей новостью. Однако, имелось у данного вопроса второе дно. Пиратство являлось одним из рычагов крупных «игроков» в незримых финансовых войнах между банками, торговыми корпорациями и промышленными конгломератами. Да, все они, усилиями всё того же Кларка, лишились зубов в виде своих мини-армий, но сохранили очень многие возможности. Исчезновение же пиратства лишало их одного из средств ведения «активных переговоров и оказания давления на партнеров».
