Познакомился Даута с зарубежными специалистами. Есть и там люди, работают над проблемой. Пообщались, поделились осторожно опытом. Мало. Надо открывать филиалы в городах. Потихоньку взялся Даута за филиалы. За два года, еще два кирпича разыграли. Отломились от тех кирпичей крошки, попали в руки Дауты. Получился сначала один филиал, потом еще один. Снаружи — вообще красота! Ученые наступают на старение единым фронтом! Скоро! Только дармоедов среди этих «ученых» полно. Показуха сплошная — всё по плану. Приходится терпеть.
В телевизоре на ток-шоу полемика:
— В природе разума заложена смерть. Разум не развивается без смерти.
— Нет. Не только смерть мотивирует. Мотиваторов к развитию много. Разум может вообще любую абстракцию сделать чувственной, понятной, наделить смыслом.
— А я бы еще добавил, что смерть — никакой не мотиватор, она в основном демотивирует людей.
Правильно, об этом надо не молчать, разговаривать. Надо спорить. Почаще и побольше.
В Ирбочке умер Отец Тритий. Поехал Даута на похороны. Встретился с Евстропом. Тот постарел, осунулся. Сели, как прежде, в столовой, с чаем. Только теперь уже без Трития. Вдвоем. Посидели, повспоминали Трития.
— У меня стала получаться регенерация, — сказал Даута.
Евстроп посмотрел непонимающе, хмуро и отстраненно. Смысл начал доходить, брови полезли вверх, дернулась седая пушистая борода. Он переспросил ошеломленно:
— Что у тебя начало получаться? Регенерация?!
— Пока только на мышках, — добавил Даута. — Приходится секретничать.
— Вовка! — воскликнул Евстроп. — У тебя?! Начало?! Получаться?!
Он откинулся на спинку и посмотрел на Дауту, как на чудо. На постаревшем лице появился румянец, в глазах заблестели слезинки.
Голос Дауты задрожал:
— Рано, Тропа. Еще очень рано радоваться. Это только первый шаг, — сказал он. У него тоже потекли слезы. Он утер их и с шумом выдохнул.
— Дорога в тысячу миль, Вовка…
— Да, знаю, «начинается с первого шага»… Давай палец тебе восстановим?
Евстроп поднес к глазам пятерню с одним искусственным пальцем, посмотрел на нее, будто прощаясь, потом улыбнулся и тепло сказал:
— Давай, Вова.
— Надо бы тогда тут где-нибудь под боком лабораторию организовать. Ребята хорошие есть, денег вот нету.
— Давай в Ирбочке, — предложил Евстроп.
— А просочится?
— Хватит их бояться, — Евстроп хмыкнул. — В Ирбочке.
Дальше сидели уже веселее. Разговаривали о всяких разностях, смеяться начали.
— Как там Фрида? — спросил Евстропий. — Не собирается возвращаться?
— Нет, не собирается. Я там без нее, как без рук.
Попрощались. Даута улетел обратно в столицу, отправил к Евстропу пятерых молодых специалистов. Тот устроил им исследовательский рай в Ирбочке — организовал лабораторию. Палец восстанавливали полгода. Получилось. Евстроп самолично примчался в столицу — махал Дауте перед лицом свежим пальцем и радостно пританцовывал. Лабораторию в Ирбочке оставили: ребята прижились, и работать удобнее — не надо при каждой проверке под стол результаты прятать.
Даута ходил по краю. Рано или поздно это должно было случиться. Вот и случилось. Он сидел в кабинете, подписывал бумажки. Завибрировал телефон.
— Алло, это от Эдика, — раздался в трубке грубый голос.
— От какого Эдика? — спросил Даута.
— Эдик сказал позвонить и сказать што… они с шефом предупреждали. Началось.
— Это всё?
— Всё, — выплюнула трубка.
— Спасибо, — коротко ответил Даута и отключил связь.
Он встал и прошелся по кабинету, собираясь с мыслями. Встал посередине, бросил прощальный взгляд вокруг и вышел в приемную. В приемной сидела Фрида и что-то делала в компьютере.
— Фрида Владимировна, пройдемте со мной.
Она без разговоров последовала за Даутой в коридор. Как всегда стройная, подтянутая, на высоких каблуках.
— Что-нибудь случилось? — спросила Фрида.
— Да, Фрида Владимировна, всё случилось, — ответил Даута. — На выход. Только спокойно и без суеты. Отправьте красный код, пожалуйста.
Спокойным шагом цокая к лифту, Фрида водила пальцем по экрану телефона, а Даута пытался созвониться с Ирбочкой. Телефон Дауты уже не работал. Нажимая на кнопку лифта, он спросил:
— Ну как?
— Нет связи.
— Не успеваем, значит. Фрида Владимировна, положите пожалуйста телефон на пол. Эти аппараты нам больше не нужны.
Двери лифта разошлись в стороны с мелодичной музыкой. Даута уже занес ногу, чтобы шагнуть. И тут Фрида включила свой коронный испуганный голос:
— Ой, Вовочка! Не надо бы туда входить!
