Дабао огляделся по сторонам, убедился, что на нас никто не смотрит, успокоился, открыл криминалистический чемоданчик и достал необходимые инструменты.
Мы положили тело на большую пластиковую клеенку, расселись с двух сторон от трупа и приготовились к работе. Судмедэксперт Хуа достал несколько бахил.
– Наденьте. Когда работаешь вприсядку, всегда попадает на обувь.
Было настолько холодно, что нам периодически приходилось подниматься с колен и топать ногами, чтобы они не окоченели. А мне, человеку упитанному, даже десять минут просидеть на корточках было сложно, что уж говорить о нескольких часах экспертизы…
Сбрив волосы покойного, мы разрезали кожу на его голове, а потом, не жалея сил, принялись распиливать вручную череп.
Смертоносность пули заключается не в ее проникающей способности, а в высокой скорости вращения. Пуля, двигающаяся прямо в цель, способна своим вращением образовать полость, в десять с лишним раз превышающую ее диаметр. Новообразовавшаяся полость при этом начинает давить на мягкие ткани, находящиеся вокруг нее. Через пару секунд полость начинает возвращаться к первоначальной форме. Подобные воздействия на ткани организма могут привести к разрыву относительно хрупких органов и последующему кровотечению. Таким образом, убойная сила пули в десять с небольшим раз превышает ее пробивную способность.
Как раз после образования полости мозговая ткань погибшего разорвалась, в субарахноидальном пространстве и паренхиме мозга произошло сильное кровоизлияние. Мозговой ствол погибшего также пострадал. Продолговатый мозг был полностью разрушен и превратился в кашу.
– После выстрела жертва скоропостижно скончалась, – сказал я. – Мозговой ствол расположен глубоко в мозговой ткани, при его травме повреждается и центральная нервная система, что приводит к прекращению процессов дыхания и кровообращения.
Я аккуратно наложил шов на кожу головы убитого, поменял скальпель и собирался перейти к грудной и брюшной полостям.
– Это… – Судмедэксперт Хуа замялся. – А грудь и живот тоже необходимо вскрывать?
– Не понял… – Я с недоумением поднял на него глаза. – Вы тут обычно не вскрываете их?
– Нет, – смутился Хуа. – Я хотел сказать, что сейчас слишком холодно, боюсь, вы не выдержите…
– Выдержим не выдержим, а осмотр проводить надо. – Я легким движением руки разрезал кожу на туловище. – Вдруг мы найдем что-нибудь новенькое…
И я оказался прав как никогда: после вскрытия мне в нос ударил резкий запах алкоголя. Я вскочил на ноги и, потерев нос, произнес:
– Вот это удача…
– Почему? – спросил судмедэксперт Хуа.
– Он же напился. Вот и ответ на вопрос, почему у полицейского так легко забрали пистолет и выстрелили ему в голову. Он был пьян, поэтому уснул в такси – сам себя обезвредил. И нарвался на беду… Вот что бывает, если не соблюдать пять обетов[74]! Напиться, когда у тебя под боком оружие, все равно что самому себе вырыть могилу.
– Но его кобура была спрятана под курткой, – начал судмедэксперт Хуа. – Откуда простому таксисту знать, что у него при себе оружие?
Я пожал плечами.
– Если он заснул, водитель тем более никак не мог этого узнать. Может, они были знакомы, поэтому тот рассказал ему про пистолет?
Все погрузились в раздумья.
Изучив содержимое желудка, я сказал:
– Перед своей смертью полицейский крепко выпил и сытно поел. Его убили через пять часов после последнего приема пищи. Если покойник ужинал в шесть-семь вечера, как это водится, то убийство произошло часов в одиннадцать-двенадцать. Что с ним происходило в этом промежутке времени?
– Я почти уверен, что он пошел на второй заход, – ответил Хуа. – Если после ужина прошло пять часов, выпивка должна была уже выветриться и запах из желудка не был бы таким сильным. Скорее всего, он догнался алкоголем уже после ужина.
– Я сейчас от зависти лопну, – посетовал Дабао. – Наш ужин – удон с кусочками мяса, а догоняться нам приходится только быстрорастворимой лапшой…
Из желудка погибшего я зажимом выудил небольшое зернышко.
– А вы, судмедэксперт, были правы! Смотрите, это фисташка. Никто не ужинает фисташками, так что, скорее всего, он отправился в какое-нибудь караоке выпить, закусить и попеть песни.
– Как бы там ни было, умер он два дня назад, – сказал Дабао. – Как только установят его личность, будет легко выяснить и остальные обстоятельства этого дела. Давайте зашивать его?
Я кивнул. С большим трудом разогнув уставшую спину, затопал, казалось, почти отмороженными ногами, снял с себя одежду для вскрытия и подошел к каменоломне, из-под которой достали труп. Снова присев на корточки, начал разглядывать яму.
Закончив зашивать тело, Дабао и судмедэксперт Хуа подошли ко мне и спросили, не пора ли нам возвращаться. Я помотал головой.
– Нет. Во время вскрытия мне казалось, что я чувствую какую-то странную вонь… Подойдя поближе к яме, я почувствовал, что она усилилась.
Дабао принюхался.
– И не говори, я тоже чувствую.
– Кстати, а насыпь этого кургана земляная или каменная? – спросил я.
Судмедэксперт Хуа подозвал к себе деревенского старосту, который был понятым, когда доставали труп, и тот сообщил:
