Он с ужасом осмотрел искалеченную женщину, потом пошел к телеге. Там у него вчера бабка забыла свою кофту, когда за грибами ездили, надо бы ей прикрыть срамоту.
Когда он вернулся, девушка все так же лежала не двигаясь. Дед накинул на нее большую вязаную кофту и, аккуратно взяв на руки, понес свою ношу к телеге.
— Потерпи, девонька. Потерпи. Вот же изверги. Кто ж такое натворил? Фашисты поганые. Расстрелять бы их всех.
Уложив девушку на сено и сев на конец телеги спереди, дед взял вожжи и крикнул:
— Но-о-о, давай, родная. Домой.
Подъезжая к селу, он порадовался, что коров стали выгонять позже. Его никто не увидит, впрочем, как он и хотел. Когда подъехал к заднему двору, где были сарай, сеновал и огромный двор для кобылы с баранами, он открыл ворота и запустил Машку.
Взяв девушку на руки, он понес ее домой. Подходя к жилью, увидел бабку, которая собирала огурцы на грядках для засолки. Баба Нина с непониманием посмотрела на деда и произнесла:
— Эт чего?
— Молчи и дверь открой. Дома поговорим.
Старая женщина недовольно нахмурилась и пошла открывать дверь в хату. Когда они прошли кухню, коридор и вошли в зал, дед положил ношу на диван, куда бабка постелила клеенку и пододеяльник. Баба Нина включила свет и, увидев девушку, вскрикнула, а потом стала креститься.
— Потом свои кресты сделаешь, а сейчас теплую воду и пену от ожогов неси.
— Дед, надо в милицию позвонить и в скорую.
— Иди давай, бабка. Неси, че сказал. Чуть очнется девка, мы поговорим, а там решим, что делать.
— Ой, неправильно. Куда ты лезешь, старый? — причитала бабка.
— Давай-давай. А то скоро дети встанут. Нужно все сделать скорее.
Через некоторое время бабка принесла все необходимое и, цыкнув на деда, что сделает все сама, стала обрабатывать раны девушки и распылять пену. Потом накрыла чистой простыней.
— Не пойму, как она жива, — удивленно сказала баба Нина.
— А я, кажется, понимаю… — задумчиво сказал старик. — Ты вот что, Нин. Не вздумай никому сказать лишнего. Думаю, она быстро пойдет на поправку с нашей помощью. Только нужно ей отдохнуть и немного помочь.
— Смотри, дед. А то помрет у нас на руках…
— Она уже давно должна была помереть. Ты посмотри на нее, кости с мясом видны. Ожоги по всему телу. А если не умерла, значит, девка справится.
— Ой-ей… — качая головой, сказала женщина.
— Ты вот что, куриного супчика с лапшичкой сваргань. Накормлю ее, чтобы силы были.
— Так я борщ думала, да котлеток с толченкой. Внучи любят.
— Супа сготовь куриного, старая, — буркнул дед. — И девок не пускай сюды.
— Ладно, пошла беляшей жарить. Тесто-то подошло, и суп поставлю.
— Давай, а я в сарай по хозяйству.
— Ты бы прилег, старый. Поди, устал?
— Устал, но нужно сено убрать и хозяйство накормить.
— И воду принести из колодца, — между прочим заметила бабка.
— Хорошо. А гостья пусть отдыхает.
— Ой… Дай Господь ей здоровья, — сказала женщина и вышла из зала, плотно закрыв дверь.
Елена проснулась оттого, что почувствовала на себе пристальный взгляд. Она открыла глаза и увидела двух симпатичных девчушек лет восьми.
— О-о-о, она проснулась… — тихо прошептала одна девочка.
— Да, деда будет нас ругать теперь.
— Не-е-е, он же не узнает… — невинно проговорила девочка с ямочками.
— А вдруг тетя расскажет? — с ужасом сказала девочка с темными длинными волосами, заплетенными в косу.
— Тетя, а ты не скажешь, что мы тебя разбудили? А то дедушка нас будет ругать, — наивно спросила девочка со светлыми волосами до плеч.
— Да, и не возьмет нас с собой за ягодами.
— Не скажу. А вы любите собирать ягоды? — спросила у них Немезида.
— Да, — ответила темненькая малышка.
— Нет, — сказала светленькая и через секунду добавила: — Я люблю их есть, а собирать не люблю.
— А я люблю собирать и есть.
— Умницы, а как вас зовут? — прошептала девушка, стараясь успокоить сильную боль в теле. Ей хотелось сбросить простынь и осмотреть себя, но девочки с любопытством на нее глазели, навряд ли они пойдут прогуляться.
— Меня Нина, — сказала темненькая малышка, а потом показала на светленькую и добавила: — А это Лена, моя двоюродная сестренка.
— Тетя, а тебя как зовут? — с любопытством спросила Леночка.
— Меня… Леной зовут, — впервые за пять лет она назвала свое настоящее имя.
Для мстительницы это было дико и странно, но ей не хотелось обманывать детей. Она закрыла глаза на секунду, чтобы попробовать через лефину понять свое состояние. Но, к сожалению, священная магия не отзывалась. Она ее истощила полностью. Но когда? Ведь энергия уже должна была восстановиться. Видно, ей нужно больше времени. Господи, она не верила, что жива.
— Девочки, а где…
— Дедушка? — выкрикнула Лена.
— Бабушка? — спросила Нина.
— Да, где все? — с улыбкой спросила девушка, пытаясь сложить в голове все факты, чтобы понять свое непонятное прибытие сюда. Она пока ничего не понимала, но надеялась, что вскоре все узнает.
— А дедушка вчера сказал, что ты, тетя, плохо кушала и поэтому спала целых дна дня.
— Два дня? — с ужасом спросила девушка. — А какое сегодня число? Какой день недели?
— Сегодня пятница, — сказала Нина.
