— Дорогой, он с нашим Богом. Он сотворил новых детей по нашему подобию. И наш сын стал первым, кто прикоснулся к ногам Божьим. Сегодня день полнолуния, и силы услышат нас. Мы не могли долго ждать тебя. Мы принесли жертву и ждем от бога похвалы, ведь он подал нам новых детей. Они могут жить с нами и совершенно не болеть. — нашептывал женский голос где-то рядом.
— Ты конченная сука! — процедил Кирк сквозь зубы, злобно оглядывая толпу. — Как ты могла убить нашего мальчика? Кто это сделал? Вы ненормальные? — вскрикнул военный, замечая расширенные зрачки жены и воодушевленную улыбку.
Кирк резко подскочил на ноги, схватил женщину за плечи и начал трясти изо всех сил. Женское тело безвольно качалось в стороны, совершенно не сопротивляясь. Натянутая улыбка так и не сходила с лица, будто чокнутый клоун овладел разумом женщины. Военный обратил внимание на мельтешение позади и полураздетого мужчину. Его бедра прикрывала лишь повязка, а по всему телу струилась кровь от нанесенных порезов. Красные узоры проглядывали через порезы.
— Ты это сделал? — процедил мужчина, подойдя поближе к предводителю церкви.
Лицо предводителя озарила широкая наигранная улыбка, а после в глазах заблестели искры. Реакция выдала истину. Убийцей сына был именно этот мужчина, а жена ему помогала. Ужас, который испытывал Кирк, нельзя было передать словами.
Кирк не слышал суматоху, царящую рядом. Сектанты поручили ему привести людей для жертвоприношения, а он опоздал и тогда те принесли в жертву его ребенка. Но почему именно его? Неужели в лагере так мало кандидатов. Мальчик прошел через такие трудности, был множество раз при смерти, но судьба спасала его.
Мужчина отшвырнул жену в сторону и бросился на предводителя сектантов. Лицо обидчика покрылось язвами и превращалось в настоящее месиво от сильных кулаков военного. Костяшки пальцев ныли, но это была не та боль, что засела в сердце. Кирк получал удовольствие, замечая, как бедолага задыхался в собственной кров, и лежа на грязной улице.
Однако этого не хватило. Сломав несколько лицевых костей, Кирк заметил нож, лежащий поблизости. Схватив его, он взревел, словно дикий зверь, и отправил лезвие в глазницу обидчика, несколько раз провернув его. Жертва замолкла, а уставший мужчина рухнул на бездыханное тело и забился в истерике.
— Что ты наделал? — в агонии закричала женщина, неестественно скорчив лицо. — Убейте! Убейте предателя!
Горящие ненавистью глаза зорко наблюдали за мужчиной в ожидании любого колебания. Безоружный люд был на пользу военному, но впереди стояла угроза из вооруженных охранников. Вооруженные оттеснили новоприбывших к костру и прицелились, чтобы убить их. Женщина тряслась от страха и паники.
Увидев, что намерения охранников серьезны, Кирк подскочил с места и выстрелил в лоб одному из них. Когда его тело упало на землю, выстрелы продолжились. Находясь в состоянии аффекта, он справился со всеми. Испуганные люди разбежались в разные стороны и старались не выходить из укрытия.
— Простите меня. Я не хотел вам зла. Я не знал. — задыхаясь, тараторил Кирк, отдаляясь от злосчастного лагеря. — Я подвел вас и привел на смерть.
Кирк сидел на холодных камнях, вглядываясь в свежую землю и памятник из двух деревяшек. На одной из них весела знакомая фенечка, которая плавно качалась от любого дуновения ветра. Воспоминания нахлынули рекой, и мужчина закрыл глаза.
В голове мелькала картина, как мальчик бегал с мячом в руках и радовался присутствию отца. В тот момент сын был еще совсем маленьким. Это было до апокалипсиса и того ужаса, что ворвался в нынешнюю жизнь.
Неуверенно раскрыв веки, Кирк ощутил теплые прикосновения, показавшиеся ему иллюзией. Красные глаза мальчика, стоящего позади, слезились. Он услышал о боли нового друга и принял ее на себя, вспомнив о смерти своей семьи. Ричи понимал военного и был рад, что они встретились.
— Я все собрал! Скоро будем выходить? — поинтересовался Кирк, поглядывая на парня, увлеченно копошившегося с блокнотом.
