Реализация основных принципов советской национальной политики в 1920-е гг. имела для армавирских немцев в целом положительное значение. Впрочем, не только для них.
Лояльное отношение советской власти к этнокультурным особенностям народов России в 1920-е гг. (особенно в первой их половине) хорошо известно, и во множестве работ подробно описано. Например, это развитие, а иногда и создание письменности некоторых народов России, перевод делопроизводства на национальные языки, коренизация административного аппарата в регионах (повышение доли местных народов среди советских и партийных управленцев), политика в области образования и многое другое. По нашим наблюдениям, отношение властей к немцам в Армавире в 1920-е гг. вполне соответствовало этим тенденциям.
Кроме вышеописанных примеров, мы обратили внимание на один любопытный факт. Церковные метрические книги лютеран в Армавире заполнялись на немецком языке до 1892 г. После этого на родном языке немцы дублировали в этих книгах написание только своего имени и фамилии. Так продолжалось до 1920 г., то есть до установления в нашем городе советской власти. В следующем - 1921 г. - церковные книги перестали заполняться. Смерти в церкви больше не фиксировались вовсе, а вот браки и рождения через год стали записывать вновь. После 1924 г. в Армавире окончательно переходят на гражданское делопроизодство. Примечательно то, что в течение 1924 г. записи в церковных метрических книгах снова велись исключительно на немецком языке, то есть после перерыва более чем в 30 лет.
О политике региональных властей в отношении нацменьшинств, проживавших в Армавирском округе, во второй половине 1920-х гг. в некоторой степени позволяет судить записка заведующего отделом по работе в деревне Окружного комитета ВКП(б) товарища Виндавы. 21 февраля 1929 г. он направил в Армавирский окрисполком требование разъяснить, что сделано исполкомом для выполнения директив крайкома по "улучшению обслуживания населения". По содержанию этой записки мы можем судить об инициативах крайкома ВКП(б) в отношении немецкого населения Армавирского округа и, очевидно, всего края. Так, Виндава интересуется: что сделано по вовлечению немцев в выборные органы и на руководящую работу; какие меры приняты по улучшению политпросветработы и переподготовке немецких учителей, увеличению ликпунктов, школ малограмотных, оживлению работы изб-читален, переводу работ на немецкий язык; оказывается ли материальная помощь немецкой бедноте; улучшается ли агрикультура.
27 мая 1929 г. Армокрисполком подготовил подробный отчёт по пунктам, близким тем, что мы нашли в записке Виндавы. Можно предположить, что это был ответ именно ему, но в отчёте нет обращения, и к тому же отмечено, что это ответ на напоминание от 16 мая 1929 г., что не соответствует дате, к которой относится приведённая выше записка. Тем не менее, в документе отмечен ряд моментов, характеризующих отношение советского государства к национальным меньшинствам региона. В отчёте отмечено, что в Армавирском округе всего 8 немецких изб-читален, в том числе в Армавире 1. Работа в избах-читальнях велась как на русском, так и на немецком языках. Основной задачей просветительской работы отмечено проведение "классовой линии". В этой связи расширялась сеть ликпунктов и школ малограмотных, которые охватили всего 704 чел. немецкого населения округа. Пропагандировалось кооперативное движение. Приобреталась литература на немецком языке. Велась антирелигиозная работа. В данном случае уточнялось, что делается это путём пропаганды естественнонаучных знаний и художественных постановок, с учётом высокой религиозности немцев. Распространялись газеты немецких коммунистов. Велась переподготовка немецких учителей. Существовали даже специальные формы, напоминавшие, своего рода, планы по работе с "нацмен". Один из таких источников мы обнаружили в материалах Армокружкома за 1927 г.
Вместе с тем, проблемы политического свойства, которые затронут и часть немецкого населения Армавира, были уже не за горами. На рубеже 1920-х и 1930-х гг. до нашего города докатились события решающей битвы советской власти с её классовыми врагами, частью которой стала политика сплошной коллективизации сельского хозяйства.
Одним из способов борьбы с классово чуждыми элементами советская власть избрала лишение избирательных прав. Мы проанализировали списки "лишенцев" по Армавиру за 1930 г. и выделили несколько наиболее распространенных причин, которые рассматривались властями, как основания для поражения в гражданских правах:
∙ спекулянт;
∙ скупщик;
∙ торговец;
∙ кулак;
∙ бывший белый офицер;
∙ барышник;
∙ служитель культа;
∙ душевнобольной;
∙ машиновладелец;
∙ живший на нетрудовые доходы;
Лишались избирательных прав также и члены семей лиц, причисленных к этим категориям, вероятно, за исключением душевнобольных. Главным образом, речь шла о материально зависимых членах семей "лишенцев", то есть об иждивенцах. Ими, чаще всего, были супруги.
