Я тут же выругался мысленно — я был слишком груб, обиженное личико Беллы свидетельствовало против меня. Но у меня было оправдание: с Беллой не хватит никакой выдержки. Она не хотела слушать других, а твердила лишь об одном. Либо быть с ней вместе, и тогда она согласна на обращение, либо убить ее, чтобы она не мучилась. А идти в вечность без меня, как партнера, она отказывалась наотрез. Мне кажется или Белла перешла к грязному шантажу?!
Белла вновь отрицательно покачала головой, как в вереницу вечеров до этого. Все повторялось. Я, привыкший, наконец, к ее запаху, и она… Мы говорим наедине о том, что обращение — наш единственный шанс выжить. Но Белла больше не хочет жить. И я этого не понимаю, не могу принять.
— Если ты не станешь вампиром, то Аро казнит меня, — тихо произнес я, решившись на самый отвратительный поступок в моей жизни. — И после этого ты говоришь, что любишь меня? — я цинично усмехнулся. — Ты лжешь, Белла. Если бы ты меня любила, ты бы хотела меня спасти…
Лицо бедной девушки вытянулось от удивления, глаза округлились, и в их уголках быстро скопилась влага. Еще секунда и по ее щекам потекли слезы.
— Я… Я… — хватая ртом воздух, она пыталась что-то возразить, но слов не находила. — Не верю, что ты говоришь это…
— А как иначе? — напирал я.
Клянусь, если бы я мог обратить ее самостоятельно, я бы сделал это сию же секунду. Наклонился к ней поближе и впился бы в ее руку или шею, впрыскивая в рану свой яд. И все. Тогда Белла стала бы бессмертной, а мы все были бы спасены от гнева Вольтури.
Но я не мог ее укусить, не убив при этом. А уж смерти я Белле точно не желал. По мне, ее просьбы о смерти были блажью и беспросветной глупостью брошенной девочки. Некоторые еще бросаются с крыш и режут вены. Слабаки! Безответная любовь у всех в жизни случается, и что ж теперь? Прямо-таки сразу и спешить на тот свет, обгоняя личный график?! Нет уж.
— Белла, послушай, — выдохнув, и немного придя в равновесие, вновь начал я. — Ты ведь еще молода. Ты встретишь свое счастье, клянусь. Посмотри на Карлайла, он ждал Эсми три столетия. Джаспер очень долго был без Элис, — о себе и Тане я благоразумно умолчал. — Многие вампиры встречают свою судьбу далеко не сразу. Это нормально. И ты встретишь, но для этого нужно быть бессмертной, — искренне произнес я успокаивающим тоном.
— Ты не понимаешь… — разочарованно прошептала она. — Мне не нужна вечность без тебя. И любить кого-то еще… Как это? Зачем? — отчаянно вопрошала Белла. — Мне не нужно, нет, не нужно.
— Твоя судьба не я! — раздраженно воскликнул я. — Твоя судьба может не дождаться тебя, если ты не обратишься. Более того, подумай о Чарли, о Рене… Каково будет им, если ты сейчас вытворишь какую-нибудь глупость?
— Я не вытворю, — смутившись, прошептала она. Видимо, мысль о родительских страданиях поумерила ее пыл. — Но я ведь все равно мертва… — подумав, прошептала она. — Вы должны были обратить меня, чтобы Вольтури от вас отстали. Я понимаю. У меня теперь только два пути: обращение или смерть. И в любом из них Чарли и Рене потеряют меня навсегда, — рассуждала она, пытаясь убедить в своей правоте нас обоих. — Но ты счастлив и без… — она сделала небольшую заминку, — и без меня. Ты уже счастлив с Таней. Я не нужна тебе в вечности. А вечность сама по себе не нужна мне. Остается только один путь. Смерть. Вольтури все равно не дадут мне жить спокойно, несмотря на то, что мы больше не вместе. Они убьют меня, — твердо произнесла она. — Я просто прошу, чтобы меня убили вы. И можешь уходить Эдвард… Убей меня, дай мне спокойствие, освобождение… И будь счастлив… — прошептала она чужим голосом, под конец своей речи отвернувшись от меня в безуспешной попытке спрятать свои слезы.
Мне нечем было крыть. Белла была права. По большому счету, у нее не было выхода. Но мне так хотелось, чтобы у нее был шанс.
— Став вампиршей, возможно, ты и думать забудешь обо мне, — рассудив, сказал я. — Если я не твоя судьба, и вампирская любовь всегда взаимна, то… Выходит, что ты разлюбишь меня. Разлюбишь. Вряд ли ты будешь страдать этим чувством после обращения.
— Я страдала уже достаточно, чтобы иметь право выбора. И я выбираю так! — вдруг зло произнесла она. — Просто убей меня, и покончим с этим.
— Я никогда не убью тебя, Белла. Никто из Калленов не сделает этого, можешь мне поверить! — в тон ей ответил я.
— Прекрасно! — прошипела она и, быстро поднявшись на ноги, пошла к выходу из дома.
Уже на крылечке ее перехватила Элис и, обняв, долго успокаивала Беллу, а потом вызвалась отвезти ее домой. Белла согласилась.
Я был вне себя от бешенства! Что она творила, эта Белла?!
