Он провел рукой по глазам. У него было худое лицо с орлиным носом и толстыми мясистыми губами, заросшее щетиной.
– Тогда говори.
– Вы сказали, в пятницу вечером?
– В воскресенье вечером.
– Воскресенье... Ага. Я играл в покер.
– Где?
– Четвертая стрит. Вы что, мне не верите?
– Свидетели есть?
– Пятеро игроков. Можете проверить каждого.
– Назови их имена.
– Ладно. Луи Де Скала и его брат Джон. Парень по имени Пит Диас. Еще один, они его называли Пепе. Не знаю его фамилии.
– Это четверо, – сказал Карелла.
– Пятый был я.
– Где эти люди живут?
Ордис выдал серию адресов.
– Хорошо, а как насчет понедельника вечером?
– Я был дома.
– Один?
– Со своей квартирной хозяйкой.
– Что?
– У меня была моя квартирная хозяйка. Вы что, плохо слышите?
– Заткнись, Чокнутый. Как ее зовут?
– Ольга Паззио.
– Адрес?
Ордис сказал адрес.
– Что я такого сделал? – спросил он.
– Ничего. У тебя есть пистолет?
– Нет. Слушайте, с тех пор как я вышел, я чистый.
– А как насчет этих трех упаковок?
– Не знаю, откуда вы взяли эту требуху. Вас кто-то надувает, коп.
– Конечно. Одевайся, Чокнутый.
– Зачем это? Я заплатил за эту комнату.
– Ты ее уже использовал. Одевайся.
– Слушайте, за что это? Я чист, с тех пор как вышел. Какого черта, коп?
– Я хочу, чтобы ты побыл в участке, пока я проверяю эти имена. Ты против?
– Они скажут, что я был с ними, не беспокойтесь. А эта липа насчет трех упаковок – не знаю, откуда вы это взяли. Я уже тысячу лет этого не видел.
– Это заметно, – отозвался Карелла. – А эти следы у тебя на руках от чего?
– А? – спросил Ордис.
– Одевайся.
Карелла проверил людей, которых назвал Ордис. Каждый из них был готов присягнуть, что с десяти тридцати ночи 23 июля до четырех утра 24 июля Ордис играл в покер. Квартирная хозяйка нехотя признала, что провела в комнате Ордиса ночь и утро с 24 на 25 июля. У Ордиса было твердое алиби на время убийства Риардона и Фостера.
Когда Буш вернулся со своим отчетом насчет Фланнагана, детективы оказались снова на исходной точке.
– У него алиби длиной в Техас, – сказал Буш.
Карелла вздохнул и, перед тем как отправиться к Тедди, пригласил Клинга выпить пива.
Буш проклял жару и пошел домой к жене.
Сэведж сидел в конце бара, и со своего места ему хорошо были видны буквы на яркой куртке сидевшего спиной мальчишки. Подросток привлек внимание Сэведжа, как только журналист вошел в бар. Он был с темноволосой девушкой, и оба они пили пиво. Заметив золотисто-фиолетовую куртку парня, Сэведж сел у стойки и заказал джин с тоником. Время от времени он посматривал на парочку. Парень был худой и бледный, с копной черных волос. Сначала Сэведж не разглядел буквы у него на спине, потому что тот сидел, привалившись к спинке дивана.
Девушка допила пиво и ушла, а парень остался. Он слегка повернулся, и тогда Сэведж разобрал надпись на куртке, и это подтолкнуло его мысль в нужном направлении. На куртке было написано: «Гроверы».
Конечно, слово происходило от названия парка на границе 87-го участка, но оно напомнило Сэведжу что-то еще, и он быстро стал соображать. «Гроверы» были зачинщиками множества уличных драк в округе; в парке они устроили почти титаническую битву с применением ножей, бейсбольных бит, разбитых бутылок и пистолетов. По слухам, «гроверы» заключили мир с полицией, но Сэведж все же был уверен, что убийства Риардона и Фостера были делом рук подростков.
И вот он увидел «гровера».
С этим парнем необходимо было поговорить.
Сэведж кончил свой джин с тоником, встал с табурета и подошел к сидевшему в одиночестве мальчишке.
– Привет, – сказал он.
Подросток не повернул головы, только поднял глаза. Он не ответил.
– Можно присесть? – спросил Сэведж.
– Проваливайте, мистер, – сказал парень.
Сэведж опустил руку в карман пиджака. Парень молча следил за ним. Журналист вытащил пачку сигарет, предложил подростку закурить и, натолкнувшись на молчаливый отказ, закурил сам.
– Моя фамилия Сэведж, – начал он.
– А мне какое дело? – ответил парень.
– Я бы хотел с тобой поговорить.
– Да? О чем это?
– О «гроверах».
– Мистер, вы нездешний, верно?
– Да.
– Тогда, отец, иди домой.
– Я сказал тебе. Я хочу поговорить.
– А я не хочу. Я жду девчонку. Уходи, пока ноги есть.
– Я тебя не боюсь, сынок, так что не пугай. Парень посмотрел на Сэведжа холодными оценивающими глазами.
– Как тебя зовут? – спросил Сэведж.
– Догадайся, блондинчик.
– Хочешь пива?
– Ты платишь?
– Конечно, – ответил Сэведж.
– Тогда пусть это будет коктейль с ромом.
Сэведж повернулся к бармену.
– Коктейль с ромом и еще джин с тоником, – заказал он.
– Пьете джин, а? – спросил парень.
– Да. Как тебя зовут, сынок?
– Рафаэль, – ответил парень, по-прежнему внимательно изучая Сэведжа. – Ребята зовут меня Рип[25].
– Рип. Хорошее имя.
– Не хуже любого другого. А вам что, не нравится?
– Нравится, – сказал Сэведж.
– Вы легавый?
– Что?
– Полицейский?
– Нет.
– А кто же вы?
– Я репортер.
– Да ну?
– Да.
– Так чего вы от меня хотите?
– Я только хочу поговорить.
– О чем?
– О вашей банде.
– О какой банде? – сказал Рип. – Я ни в какой банде не состою.
Официант принес напитки. Рип попробовал свой и сказал:
