Перед столиком стоял пожилой мужчина в бесформенной серой накидке и водил руками над странным объектом, причём перетекающие очертания куба неуловимо менялись вслед за движениями его рук. Постоянное чередование светящихся цветов артефакта окрашивало одежду мужчины в причудливые тона, и в мечущихся по его морщинистому лицу тенях он показался мне очень старым. Длинные тонкие волосы до плеч и окладистая седая борода придавали ему ещё большую ветхость, даже некую дремучесть.
Стоило мне сделать несколько шагов в его направлении, как старик резко провёл левой рукой над многогранником, и тот, выстрелив по сторонам на доли секунды множеством прозрачных кубов, застыл, засветился ровным голубым цветом и приземлился на подставку, будучи похожим теперь на обычный светильник правильной кубической формы.
— Кансуз? — неуверенно спросил я.
— Он самый, — прокряхтел дед, не спеша обходя столик с кубом. — А ты, наверное, тот безымянный ученик, за которого так ратовал объявившийся мёртвый бог?
— Так и есть, — не растерялся я. — Мне очень нужно поскорее научиться магии!
— Ишь ты! — усмехнулся Кансуз, встав, подбоченясь, напротив меня. — Молодёжь! Вечная спешка… И куда же ты торопишься?
— Мои друзья в беде, — честно ответил я, — каждая минута на счету…
— Достойная цель… — немного пренебрежительно отозвался дед, пристально осматривая меня. Его цепкие глаза, казалось, препарировали меня, заглядывая в самое нутро, от такого взгляда становилось не по себе. — Вот только обучение магии — дело непростое…
Жестом пригласив меня за собой, Канзус пошёл к стене, на ходу сделав резкий взмах рукой, в результате чего корни одного из проходов зашевелились и начали втягиваться в пол.
— Магия имеет различные свойства и происхождение, — говорил он, ступая в открывшийся проход. — Есть божественная магия, которая поступает напрямую от богов к жрецам. Её сила зависит от чистоты канала связи адепта с его божеством, и на неё не влияют такие материальные преграды, как доспехи. Я так понимаю, это не про тебя, иначе бы Мор не послал тебя ко мне.
За открывшейся дверью была небольшая уютная комната. У древесной стены справа находилась кровать, напротив входа горел очаг, а у выроста из левой стены стояли два кресла, всё из таких же переплетённых друг с другом корней. Кансуз, кряхтя, уселся в кресло поближе к огню, а мне махнул рукой на другое.
— Возможно получить силу не только от божественных сущностей, но и от планарных существ попроще, — старик продолжил неторопливый рассказ. — Это уже близко к шаманизму, если мы имеем в виду различных духов, или к совсем уже дикому поклонению демонам. Обычной практикой в таких случаях является заключение своеобразных пактов, а потому и магия, и особенности выстроенного канала для получения силы здесь очень разнятся… Разновидностью такой божественной магии пользуются друиды, которые черпают силу от различных духов природы и придерживаются принципов равновесия. Но не будем уходить в дебри, потому что это тоже тебе не подходит, ведь никакой такой сущности у тебя нет на примете, так?
Я кивнул.
— Ещё следует упомянуть собственную силу, которую некоторые уникумы черпают из своих материальных тел. По сути, это тоже магия. Развитие таких сил требует жёсткой дисциплины и очень длительного времени. В основном что-то подобное практикуют монахи. Эту силу называют псионикой, и из-за твоей торопливости она тоже не подойдёт. Остаётся арканная магия. Прежде чем начинать разбираться в её различных типах, нужно выбрать метод подхода к использованию силы. Пользователи арканной магии делятся на два типа. Первые — это те, кто пытается самостоятельно разобраться в принципах магии, изучить методики заклинаний и применить их для себя или даже разработать новые. Другими словами, они используют свой интеллект. Вторые — те, кто пытается развить спонтанные механизмы собственной сущности, чтобы использовать заклинания благодаря своему инстинкту, некоей натуральной притягательности, то есть харизме. Первых в простонародье называют магами или волшебниками, вторых — чародеями или заклинателями. Что тебе больше по душе?
Я задумался. Было не очень понятно, как харизма могла влиять на владение магией… я больше представлял себе магов как неких учёных, постигающих тайны магии посредством силы своего ума. Наверное, лучше всего мне подходило именно это: я хотел разобраться сам и достичь понимания сути происходящих процессов, а не приманивать силу незаурядностью своего характера. Как-то не считал я себя харизматичной личностью.
— Думаю, интеллект — это более важный для меня параметр, — наконец выдал я; пока я размышлял, старик грел у огня руки, пытливо на меня поглядывая. — Я хочу понимать, что я делаю, и быть единственным хозяином своей силы.
