Мимо прошел алкоголического вида мужик с девочкой на руках. Даже у таких есть дети.
Дети есть у всех на свете, кроме меня.
Но на этот раз обвинять было некого.
Я выбрала это сама.
Я сама принесла деньги врачам, я сама сделала операцию, сама радовалась результату, сама подписала договор на новое ЭКО. И знала, на что иду. Просто я пока не научилась делать всё это – без веры. Хватит ли у меня сил когда-нибудь пойти на ЭКО, будучи уверенной в неудаче заранее, чтобы потом, в случае успеха, приятно удивиться?
Я шла домой, голова всё еще кружилась, телефон разрывался от сообщений в рабочих чатах.
Сейчас сварю себе куриный бульон, съем его и немного приду в себя. Покурю на балконе и скажу пару слов несуществующему ребенку.
Продолжу ругать это всё на чем свет стоит – и в то же время буду снова, и снова, и снова озвучивать свои ожидания, сочинять послания, проводить день за днем, стараясь ухватить в них нечто важное, что-то такое, ради чего стоило бы их прожить, присоединившись ко мне. На моем острове. В моем теле.
Буду верить, что у моего послания когда-нибудь появится адресат.
Окружающим именно его появление возвестит – я обитаема.
Пусть.
Мне такие вести не потребуются.
Я знаю это о себе и без ребенка.
Его задача проста: сделав мое тело обитаемым, освободить меня.
