Необратимость полностью

Его пальцы проникают в мой рот, и я прикусываю их, мой крик удовольствия сменяется хриплым стоном, когда мерцание звездной пыли окутывает меня потоками тепла. Айзек с мучительным рычанием зарывается лицом мне в грудь, а я крепко прижимаюсь к нему, обнимаю и притворяюсь, что он тот, кем не является.

Я чувствую его освобождение.

Его член пульсирует во мне, когда он напрягается, впиваясь зубами в выпуклость моей груди и оставляя после себя мокрый засос. За этим следует низкий, прерывистый стон, его тело вибрирует от нахлынувшего на него оргазма, а руки цепляются за мои бедра, прижимая меня к себе с силой урагана.

Мое дыхание успокаивается, а тело расслабляется.

Невесомое. Истощенное.

Айзек выдыхает, касаясь моей кожи, когда волны пробегают по ней, и прижимается лбом к моей груди. Покачиваясь, задерживаясь, наслаждаясь.

Раз, два, три…

И все кончено.

Когда я спускаюсь с высоты, я лежу в руинах.

Я чувствую себя ошеломленной.

Им.

Моими собственными мятежными инстинктами.

Мои глаза закрываются, и я прижимаюсь к его груди, когда реальность обрушивается на меня. В комнату проникает шум снаружи. Из клуба доносятся бодрые ритмы, смех и одобрительные возгласы посетителей.

Айзек медленно выходит из меня, оставляя после себя жгучую боль, и возвращает на место мое промокшее насквозь нижнее белье.

Я не могу пошевелиться. Я не могу смотреть на него.

Его прикосновение — не та нежная ласка, которой я жажду, когда он откидывает мои волосы назад, заставляя наши глаза встретиться.

— Теперь тебе лучше? — На его губах появляется довольная ухмылка. — Я знаю, что да.

Мои глаза наполняются слезами.

Нет, нет, нет.

О чем я только думала?

Что, черт возьми, на меня нашло…

Я сползаю с его коленей.

Осознав произошедшее, я натягиваю бюстгальтер, чтобы прикрыть грудь. Моя киска пульсирует, а кожу покалывает от его прикосновений и укусов. Я чувствую, как щеки пылают после оргазма.

Я потеряла себя на время — это была не я.

Что-то внутри меня сломалось, и все, что я могу выдавить из себя:

— Этого больше никогда не повторится.

— Ты знаешь эту фразу про «никогда». — Он вздергивает бровь, откидываясь на спинку дивана, и натягивает джинсы, оставляя пояс расстегнутым. — Если передумаешь, я к твоим услугам.

Я смотрю на него, на его растрепанные темные волосы, половина которых спадает на лоб, а вторая торчит во все стороны. Ярко-красные следы от ногтей светятся на его шее, губы опухшие и искусанные.

— Пока ты не будешь готов перестать претворяться и показать мне, какой ты на самом деле… пожалуйста, просто держись подальше.

Он застегивает молнию.

— Это не притворство. Я всегда был таким.

— Нет. Ты многое рассказал мне, ты открылся…

— Стене.

Я качаю головой, сдерживая рыдания.

— Мне.

Айзек отворачивается, проводя рукой по лицу.

Никакого ответа.

Я не могу прочитать его. Я не знаю его.

Стиснув зубы, я поправляю юбку, злясь на себя за слабость. Я чувствую себя изголодавшейся по сексу проституткой. Его сперма стекает по внутренней поверхности моих бедер, еще одно шокирующее напоминание о том, что я натворила. Я буквально сошла с ума, когда запрыгнула к нему на колени и скакала на нем, пока не увидела звезды.

На… незнакомце.

Боже мой.

Резко развернувшись, я устремляюсь к занавескам, чуть не спотыкаясь о собственные каблуки.

Его голос настигает меня прежде, чем я успеваю выскользнуть из комнаты.

— Пчелка.

Я застываю на месте, стоя к нему спиной, и закрываю глаза, когда это прозвище растекается по мне, как теплый мед. Успокаивающим бальзамом.

Но слова, которые следуют за ним, словно нож, облитый кислотой.

— Скоро увидимся.

Лавина эмоций обрушивается на меня.

Я резко оборачиваюсь, мои глаза расширяются, горят. Я смотрю на него, ошеломленная тем, что он может так небрежно обращаться с моим сердцем.

Он замирает, оценивая мою реакцию.

Мою боль.

Я вижу, как его глаза наполняются сожалением, но уже слишком поздно.

Я так долго ждала, чтобы он повторил эти слова. Это было обещанием, что мы найдем друг друга за пределами того места. Что наши истории, разговоры и глубокая душевная связь приведут нас домой.

Что однажды… он наконец-то увидит меня.

Но он только что превратил эти слова в нечто бессмысленное и не может это исправить.

Он вообще меня не видит.

Айзек сглатывает и отводит взгляд, утыкаясь им в пол.

Я отворачиваюсь и выбегаю из комнаты.

Я трахнула незнакомца.

Я трахнула незнакомца в VIP-комнате.

Я впервые увидела лицо мужчины, и моей естественной реакцией было запрыгнуть к нему на колени, стянуть с него штаны и скакать на нем до беспамятства.

Боже мой.

Эти слова эхом отдаются в моем сознании, как старая затертая пластинка, без устали крутящаяся на повторе. Я зажмуриваю глаза, двигаясь вокруг шеста, и мое тело вращается синхронно с моими навязчивыми мыслями.

Я. Трахнула. Незна…

Нет.

Не незнакомца… технически, нет.

Хотя что-то подсказывает мне, что это так.