У Эллы кровь ударила в голову. Она никогда не дралась ни с кем, кроме Уинни, и даже не знала, могут ли чародеи наводить порчу. Во всяком случае, она ни о чем подобном не слышала.
– Чародеи не занимаются порчами, – сквозь зубы процедила мама.
Зам Набокова вскинула руку:
– У Эллы скоро будет возможность оправдать себя. Сейчас посмотрим доказательства. – Она включила проекцию с фотошара и повернула рукоять, корректируя изображение.
Элла увидела расплывчатое изображение самой себя и услышала собственный голос.
Зам Набокова кивнула Клер:
– Спасибо за показания. – Она повернулась к Элле и ее родителям: – Что ты можешь об этом сказать, Элла?
Мама ободряюще похлопала ее по спине.
– У меня есть несколько свидетелей… и письма. – Элла показала письмо Бриджит, которое та прислала из больничной палаты, и еще одно, от Абины. Дети звезд передали оба заму Набоковой.
Джейсон и Мастерджи Такур встали с мест и подняли руки, показывая, что хотят что-то сказать.
– Мы выслушаем всех, – проговорила Набокова. – Но сначала прочитаем письма.
Она начала читать вслух.
Дорогие жители Арканума, меня зовут Бриджит Ибсен, и я одна из лучших друзей Эллы. Оказавшись в Аркануме, я не хотела ни с кем дружить, я и жить-то здесь не хотела. Если бы не она, я бы здесь не выдержала. Но она ни разу меня не бросила. Она всегда была доброй, даже если к ней относились совсем не по-доброму. Она самая замечательная и как ученица, и как человек. Блин, у нее отличные оценки, гораздо лучше моих. Если уж вам так надо кого-то исключить… исключите меня. Я уступаю ей свое место – так сильно я ее люблю.
Элла с трудом сдержала улыбку. От слов подруги сразу стало тепло на душе.
– Наша Бриджит, – шепнула мама.
Стручок одобрительно хлопнул тяжелым хвостом по полу, а Грено сделал сальто у папы на плече. Даже чародейные спутники гордились Бриджит.
Зам Набокова откашлялась и принялась читать второе письмо.
Дорогие все, Элла, она ничего. Она просто другая, но все равно хорошая. Пожалуйста, не выгоняйте ее. Она помогла, когда мне было плохо. Мы могли бы стать подругами.
P. S. Лучше найдите тех, кто разгромил ее комнату.
Потолок вспыхнул, его высокие своды наполнились светом, и на зама Набокову дождем посыпались звездные письма. Набокова пыталась укладывать их стопками. Элла сдержала смешок.
– Похоже, у вас много почитателей, мисс Дюран. Я прослежу, чтобы это было отмечено в составленном нами заключении. – Набокова раздала другим учителям большие пачки писем. – Но сейчас давайте перейдем к свидетелям. – Она жестом поманила Джейсона: – Следующий свидетель – Джейсон Юджин.
При звуках его имени кудряшки мальчика подскочили от волнения. Он прошел между рядами и сел на стул лицом к преподавателям:
– Элла ни за что не обидела бы другого ученика. Она и животных никогда не обижает.
– Я еще ни о чем не спрашивала, – заметила зам Набокова.
– Ой, извините. – Джейсон с ужасом покосился на Эллу.
Она попыталась улыбнуться ему, чтобы он не волновался, хотя самой было все так же страшно. Совсем недавно их назвали героями за то, что они пришли другу на выручку. Но сейчас ей надо было спасать себя.
– Назови свое имя секретарю, – велела зам Набокова.
– Джейсон Юджин, – ответил мальчик.
– Насколько хорошо ты знаком с обвиняемой?
– Она одна из моих лучших друзей.
– Как вы познакомились?
– Необычайн-директора попросили меня познакомить ее с Арканумом, чтобы она поскорее освоилась. Я был ее сопровождающим.
Зам Набокова кивнула:
– Ты когда-нибудь замечал у нее приступы яро…
– Этот вопрос неуместен! – Мастерджи Такур поднялся и медленно, опираясь на трость, вышел вперед.
– Мастерджи Такур, вы нарушаете последовательность процедуры. Вам дадут слово, когда придет ваша очередь, – раздраженно проговорила зам Набокова и оглянулась, ища поддержки у необычайн-директоров.
Элла затаила дыхание.
