Гарос попытался найти взглядом самого атамана, но качество портрета в том объявлении было таким, что на него была похожа каждая третья гнусная рожа, от которых у шамана начинало рябить в глазах.
— Это мы страшные?! — праведно возмутились торговки и… На этом разговорам пришел конец.
Первым делом Гарос щедро запустил волной разрушения по кустарникам, из которых еще не успели вылезти все разбойники. Полетели клочья… Врагов было отнюдь не мало.
Получив команду, разбойники бросились на караван, не разбираясь, кто перед ними. Гэвианет с ужасом наблюдала ощерившиеся рты с выбитыми зубами. Почему-то из всех лиц она воспринимала именно раскрытые рты. Один из них добрался до ее повозки и перепрыгнул через борт.
— Эй, да тут девчонка посимпатичней, чем эти зеленые хари! — выкрикнул разбойник, протягивая руку к принцессе. Безоружная девушка не казалась ему противником. Он ухватился в ее шарф в попытке его сорвать. Гэвианет дернулась и, стоило ему сорвать шарф, как она со всех сил вцепилась зубами в его руку.
— Она… оно кусается! — во время потасовки маскировка спала, и вместо симпатичной девчонки на его руке висел жуткий монстр, покрытый красными пятнами.
Вой разбойника заглушил звук какого-то взрыва, отбросившего обоих на дно телеги. Гэвианет сплюнула кусок мяса, выдранного из руки мужика. Надо сказать, вкус это все имело преотвратный, как и вид.
В это время Самри выскочил с другой стороны повозки и ринулся прочь, стараясь не попасться на глаза Гаросу, и едва не влетел в объятия верзилы с топором.
— О! Цыпа! — восхитился тот, хватая «девушку» за руку.
Гарос в этот момент, бросившись на крик, увидел принцессу с окровавленным ртом и воющего разбойника. И то, как к ней бросаются сразу трое. Свистнул воздух, рассекаемый топорами и дубьем. Ветвистая молния, сорвавшаяся с кончиков пальцев, выжрала треть резерва шамана. А под ноги Гэвианэт рухнуло четыре извивающихся в судорогах и разрядах тела. В том числе и укушенный.
В этот момент из-под телеги потянули закричавшую Воршулу. Гарос хотел было что-то сделать, но, едва успев увернуться от удара булавой по голове, получил его в спину и, упав, скрылся под грудой врагов.
А вытянувший Шульку разбойник гнусно заулыбался.
— Ого! Да это же ты! А хорошо мы с тобой позабавились! — девчонка, забившись, грызанула вонючее от грязи запястье, но такого успеха, как у принцессы, у нее получиться и не могло. Особенно с учетом того, что из-за бортика телеги ни она, ни схвативший ее разбойник «клыкастого монстра» видеть не могли.
========== Глава 23 ==========
Гэвианет оглянулась в поисках Гароса, но ничего не увидела. Зато заметила, как устраивает веселье разбойникам Самри. Уж этот-то придурок кусаться не боялся и не брезговал. Без Гароса их маскировка накрылась, а всем остальным оркам было как-то не до поддержания красивого вида инопланетян. Так что оба они сейчас были теми еще уродами для местных.
Услышав возню в соседней телеге, она поспешила туда, на ходу подобрав какое-то лезвие. И увидела очередного замызганного разбойника, схватившего девочку. Она ведь предполагала, что это произойдет. Но понять, что нужно от и так уже выпотрошенного ребенка, не могла.
Гэвианет стиснула в пальцах подобранную железку, царапая кожу. Боли она сейчас не ощущала, только какой-то странный драйв, дико колотящееся сердце, соленый, отвратный привкус во рту и то самое чувство, когда подходишь к грани. Той грани, за которой уже нет возврата. Принцесса не стала кричать или рычать как эти разбойники. Она крепко сжала то самое лезвие, оказавшееся обломком чего-то большего, перелезла через бортик и вонзила его человеку в затылок, точнехонько туда, где шея соединялась с головой.
Потекла красная, странная кровь. Гааш стояла с поцарапанной рукой и окровавленным лицом и смотрела на девочку, оттолкнувшую от себя умирающего разбойника. Потом она выдернула лезвие и вручила его девчонке. Пусть та и человек… негоже страдать от своих.
— Думаю, ты справишься лучше меня, — пробормотала Гэвианет и отошла в сторону. Нужно найти Гароса и посмотреть на Самри. Если эту паскуду еще не зарезали… В голове было пусто и как-то звонко. Голоса разбойников и караванщиков долетали до нее словно через вату.
Она стала убийцей. И убила не рыбку или птичку. Она убила живое, разумное существо, желавшее еще раз покалечить ребенка. Пусть и подрастающего, но ребенка. Что же происходит с ними всеми в этом странном чужом мире?
Гэвианет не выдержала и согнулась пополам за сломанной телегой, выплевывая чужую кровь, желудочный сок и новые жемчужины. Это было кошмарно…
В этот момент громыхнуло, и прямо через телегу перелетел вопящий разбойник. Его тело с хрустом врезалось в ствол дерева, рядом с которым и осело кулем. Еще пять таких снарядов разлетелись в разные стороны.
Гарос у телеги показался почти сразу, в разодранной рубахе и с окровавленным лицом. В лесу творилось полнейшее побоище, а Зальтраг… появился только сейчас, и его стрелу Гаросу пришлось ловить.
Ирония ситуации вызвала смех.
Потому, что разбойник, сколотивший сотенную ватагу, оказался полуэльфом.
