Самри удалось своего разбойника задушить. Как выяснилось, люди вполне так хрупкие, убиваемые и не настолько страшные, как хотят казаться. С оружием, конечно, беда, но если быть осторожным, можно вполне управиться. Он долго думал, стоит ли применять свою последнюю надежду, но решил подождать. Орки неплохо так справлялись, как мужчины, так и женщины, и даже дети. Люди были несколько нерасторопные, но тоже ничего так. В целом, разбойничью ватагу удалось проредить.
Гэвианет вытерла рот сорванным из-под телеги листком какой-то травы и оглянулась. Гарос нашелся, вот только ему было не до иномирян. Как, впрочем, и его противнику. Это существо отличалось от уже виденных ею людей и орков. Ростом оно было с человека, имело такую же светлую кожу, шерсть на голове, уложенную в какой-то финт, и типичное незапоминающееся лицо. Зато у него не было привычной бороды, а еще из волос торчали чуть удлиненные кончики ушей, чего у людей не наблюдалось, а у орков форма ушей значительно отличалась. Существо держало в руках что-то на подобие сильно изогнутой палки, перетянутой леской. В середине палки оно как-то удерживало стрелу — такие Гэвианет уже видела на рынке, правда, другого цвета и мельком, но опознать смогла.
А Гарос был в замешательстве. Потому что разбойник с настоящим эльфийским луком — это… бред. Полуэльф криво оскалился и выпустил стрелу. Пожалуй, будь Гарос моложе и глупее или не будь он знаком с другими эльфами, то попытался бы увернуться или остановить стрелу магией. И сдох бы на месте.
Эльфийскую стрелу можно только поймать. Вся соль в том, что это как раз невозможно.
Взвинченные до предела магическим всплеском рефлексы заставили его тело дернуться, когда рука сомкнулась на древке стрелы, чуть кольнувшей по инерции его шею.
— Интересно, что в этом обозе забыла такая важная птица? — оскалился враг, легко, пугающе легко натягивая новую стрелу. Магия была бессильна. Можно метнуть молнию или пламя и даже попасть. Вот только стрела в него попадет намного раньше. А еще в этой сутолоке в него мог врезаться опять кто угодно. Это была грязная и кровавая месилка с примесью бреда — разбойники честно пытались убивать торгашей и в упор промахивались.
Гаросу так не повезет. А значит, придется думать, что так тяжело для их вида.
Новая стрела была поймана у лица, и тогда Гарос бросился вперед. С момента их столкновения едва ли прошло полминуты.
Враг был отличным стрелком. Намного лучшим, чем сам Гарос магом. Вот только…
Пятая стрела попала в его тело, когда орку оставалось всего три шага до цели. Плеснула кровь, плечо дернуло, и Гарос единым движением собрал свою кровь и… впечатал пятерню в дерево, на ветви которого вальяжно сидел противник. Тот только и успел хмыкнуть. А потом с дерева вырвались красноватые нити, в мгновение ока окутывая его с ног до головы.
Шаман на выдохе осел на землю, уже там обламывая оперение, и, стиснув зубы, вытянул стрелу за острие. Лук был эльфийским, а вот стрелы… Хрена с два он так легко бы справился — те всегда находят жизненно важные участки тела.
Атака неожиданно легко захлебнулась. Пронизанный красно-зелеными жгутами труп всем было отлично видно…
Гэвианет подтащилась к Гаросу, рассматривая того со смесью удивления и растерянности. Ей этот орк казался чем-то незыблемым, как небо или солнце. И вдруг он внезапно ранен, хотя и так ясно, что он простое живое существо. Так где же его хваленая медицина, когда она нужна ему самому?
— Ты сможешь вылечиться? — она чуть наклонилась, рассматривая рану. А после тяжело вздохнула, оглядываясь на дорогу. Найти чистые тряпки в этом раздрае было невозможно. Все, что не перепачкалось кровью, то было вываляно в грязи или же порвано.
Орки спешили собрать своих, где-то на задворках валандался Самри, баюкая порезанную руку. Принцесса же понятия не имела, как лечить раненых без аптечки, антибиотиков и заживляющей пены. Не грязным же тряпьем рану затыкать…
Шаман на выдохе поднялся на ноги, зажимая рану на плече.
— Сейчас это не важно, нужно провести ритуал исцеления для всех. Может, тогда мне тоже перепадет, — криво усмехнулся он и пошел к собирающимся сородичам.
Энергия была вычерпана, да и зелий… осталось еще достаточно, но пить уже попросту опасно. В голове зазвенело. Но он вернулся к телеге и, взяв несколько специальных костяшек, принялся обводить вокруг кучкующихся караванщиков неглубокую линию по земле, поливая ее своей кровью, благо с раны ее натекло немало. Он творил вопрошение для лесных духов, предлагая как плату тела убитых разбойников.
И духи отозвались. Нет, никто даже не подумал воплотиться, но то тут, то там лежащие тела начали втягиваться в землю, растворяться в ней, а на потрепанных схваткой орках стремительно зарастали раны. Исцелился даже Самри, который в круг попал не совсем добровольно. Улыбнулась Шулька, когда ее ссадины и порезы пропали на глазах. Это было быстро.
