Дионис? Он мастер на все руки в том, что касается развлечений. Торжества, вечеринки и создание образа в обществе – его сильная сторона. Как и наркотики с алкоголем и прочими запрещенными развлечениями. По крайней мере, такие ходят слухи. Мать всегда всеми силами старалась не допустить, чтобы мы оказались рядом с ним, что несколько иронично, учитывая, как усердно она пытается продать меня Зевсу. Я вздрогнула.
– Замерзла?
– Нет, просто слишком много мыслей. – Я встряхиваюсь. – Мы живем в странном мире.
– Мягко сказано. – Мы поворачиваем за угол и еще несколько кварталов идем в беззаботной тишине.
Меня вновь поражает, как комфортно здесь чувствуют себя люди. Они не смотрят на нас с Аидом, когда мы проходим мимо, и я понимаю, что мне очень этого не хватало. В верхнем городе больше политиканства и честолюбия людей интересуют лишь сплетни, и, как следствие, сайты желтой прессы платят кругленькие суммы за фотографии и новости о Тринадцати и всех, кто входит в их круг. Мы с сестрами постоянно под прицелом фотокамер.
А здесь я могу быть кем угодно. Это похоже на глоток свежего воздуха.
Я слишком погрузилась в мысли о различиях между верхним и нижним городом и только добрых десять минут спустя поняла, что Аид ощутимо замедлил шаг. Я то и дело ловлю его на том, что он проверяет, не слишком ли быстро идет.
– Все хорошо.
– Но я ничего не сказал.
– Нет, но я почти уверена, что эта старушка второй уже раз обогнала нас. – Я указываю на седовласую латиноамериканку, о которой идет речь. – Правда, Аид. Моим ногам гораздо легче. Сегодня они почти не болят. – И это действительно так, но не думаю, что он мне поверит.
Как и ожидалось, он не обращает внимания на мои попытки звучать здраво.
– Мы почти пришли.
Я подавляю желание закатить глаза и даю возможность провести меня еще один квартал, по всей видимости, в сторону складского района. В верхнем городе тоже есть несколько таких областей, состоящих сплошь из больших зданий всех оттенков серого и белого цветов. Моя мать отвечает за то из них, которое связано с поставками продовольствия.
Аид подходит к узкой двери без опознавательных знаков и открывает ее передо мной.
– Сюда.
Вхожу и замираю на месте.
– Ух ты. – Склад – это одно огромное помещение, которое, по всей видимости, занимает большую часть городского квартала. Изумительное пространство, полное тканей и одежды всех возможных цветов и фактур. – Ух ты, – говорю я снова. Сестры жизнь бы отдали за возможность хорошенько здесь покопаться.
Аид говорит тихо, его слова не предназначены для посторонних ушей.
– Джульетта была главным дизайнером Геры – той, что была до двух последних Гер. Но, когда она умерла, Джульетта слишком громко высказывала свои подозрения в адрес Зевса, и он решил уничтожить ее бизнес. Она перешла через реку в поисках убежища.
Подхожу ближе к манекену, одетому в великолепное красное платье.
– Я видела, как старшая дочь Зевса, Елена, была одета в нечто похожее пару недель назад.
– Ага, – фыркает Аид. – То, что формально Джульетта изгнана, не означает, что она потеряла свою клиентуру. Вот так поступают Тринадцать. Публично делают одно, а за закрытыми дверями – совсем другое.
– И снова напомню тебе, что ты один из Тринадцати.
– Формально.
Откуда-то из глубин склада доносится женский голос.
– Неужели я слышу голос Аида?
Он издает почти беззвучный вздох.
– Привет, Джульетта.
Чернокожая женщина, появившаяся из-за стоек с одеждой, обладает той неподвластной времени красотой, которая начинается с подиумов и с годами становится только лучше. Короткие черные волосы открывают лицо, и я даже тихо вздыхаю от того, насколько она великолепна. Как картина или произведение искусства. Безупречна. Она грационзно подходит к нам, и я окончательно убеждаюсь в том, что она когда-то ходила по подиуму. Джульетта бросает на меня взгляд.
– Ты принес мне подарок. Как любезно.
Аид слегка подталкивает меня к ней.
– Нам нужен полный комплект.
– Хм-м. – Она кружит вокруг меня, словно акула, изящными, хищными движениями. – Я знаю эту девушку. Это средняя дочь Деметры.
– Да.
Она останавливается передо мной и склоняет голову набок.
– Ты далеко от дома.
Я не знаю, что на это ответить. Мне не удается понять эту женщину. По обыкновению я бы поставила ее в один ряд с другими красивыми и могущественными людьми, с которыми встречалась, но Аид доверяет ей настолько, что даже привел меня сюда, а это о чем-то да говорит. Наконец я пожимаю плечами.
– Верхний город может быть чрезвычайно жестоким.
– Это правда? – Она поглядывает на Аида. – Ты останешься или уйдешь?
– Побуду здесь какое-то время.
– Как тебе угодно. – Джульетта жестом приглашает меня вперед. – Сюда. Давай снимем мерки и посмотрим, что у нас есть.
Следующие несколько часов проходят, будто в тумане. Джульетта снимает с меня мерки, а потом вывозит вешалку с одеждой для примерки. Я ожидаю увидеть платья. Не жду ни одежды для отдыха, ни повседневной. К тому времени, как она приносит нижнее белье, я уже едва стою на больных ногах.
Она, конечно же, замечает это.
– Почти закончили.
