Ощущая адреналиновую лихорадку в крови, я вырулила на дорогу и встроилась в общее движение.
Лерка, шумно выдыхая, всё ещё приходила в себя.
Я бросила на неё обеспокоенный взгляд и виновато проговорила:
— Прости…
Но Логинова лишь махнула рукой.
— Забей… Просто давай доедем до пункта назначения…
— Не надо было произносить эти слова.
— Какие?
— «Пункт назначения».
Лерка мгновенно побледнела.
— Фак! — выдавила она. — Так, Роджеровна! Любые грузовики и с брёвнами…
— Объезжаем… — кивнула я.
— Издалека и по краешку! — договорила Лерка, выразительно качая головой.
Я молча кивнула. Я пыталась сосредоточится на дороге и не думать о дядя Сигизмунде.
Происходящее повергало меня в дикое потрясение. Я не могла до конца осознать, что вот это вот всё творится на самом деле.
Только что нас обстреляли, а за спиной я оставила дядю Сигизмунда с его друзьями, и не знаю увидимся ли мы снова!
Чёрт возьми!.. Я сейчас везу раненных… бандитов, будем называть все своими именами, которые пострадали в перестрелке с другими лицами из криминального мира. И по адресу, по которому мне сказали доставить раненных друзей дяди, наверняка проживает тоже далеко не самый порядочный и законопослушный гражданин.
Нет, я всегда знала, кто такой мой дядя и какое у него прошлое, но его бандитское прошлое никогда, серьёзно, меня не касалось и даже не задевало.
А сегодня — я в самом эпицентре! В самой гуще этого эпического криминального хаоса!
От чувство накаленного напряжения внутри меня всё перекручивало, тянуло и сжимало.
Чувство опасности влажно и горячо дышало в лицо и стремилось просочиться в сознание.
Я бросила взгляд на спидометр и немного сбросила скорость. Не хватало ещё, чтобы нас полиция притормозила и осмотрела фургон…
Вид у нашего фургона, после обстрела, с чуть треснувшим в правом углу стеклом и побитым пулями кузовом, и так весьма «импозантный». Если я ещё и гнать под сотню с лишним буду, даже самые ленивые стражи порядка обратят на нас, совершенно ненужное внимание.
Но, похоже, я поздно спохватилась: не прошло и двух минут, как мы выехали на скоростную автомагистраль, а в боковом зеркале Спринтера я уже увидела сверкающие мигалки полицейской Лады Веста. А следом раздался нагнетающий звук полицейской сирены и сухой мужской голос в громкоговорителе велел нам остановиться.
Я чертыхнулась, сидящая рядом Лерка заметно побледнела и шепнула мне нервным голосом:
— Роджеровна, а может оторвёмся? Это же Веста… очередной нелепый франкенштейн отечественного автопрома…
— Лер, — ответила я, — мы не герои фильма «Форсаж» или игрушки «Need for Speed». Если бы мы тут вдвоем сидели, я бы может ещё и рискнула, но у нас пассажиры, которым никак нельзя попадаться полиции.
Логинова покачала головой.
— Я не знаю, как насчет «Форсажа», но героиней какого-нибудь «Три дня на побег» вполне себя ощущаю…
— Вот если мы не остановимся, — проговорила я, аккуратно «пристраивая» фургон возле обочины, — мы рискуем стать персонажами аналогично сюжета.
Логинова, в ответ, лишь нервно и судорожно вздохнула.
— Ты помнишь, что у тебя нет прав? — спросила она, зачем-то держась за ручку двери.
— Помню, — с обманчивым спокойствием процедила я, наблюдая за полицейской машиной в боковом зеркале.
В отражении зеркальной поверхности, влажной от капелек талого снега, открылась водительская дверца Лады и вышел полицейский в зимней униформе.
Уверенной и грозной походкой, придерживая форменную шапку, он направился к нам.
У меня были буквально секунды, чтобы понять, как действовать дальше.
Чувство паники сотрясало сознание и безжалостно комкало нервы. Под учащенные толчки сердца в груди, я пыталась сообразить, что делать.
Шаги подходящего к моему окну полицейского отмеряли последние секунды на размышление.
Лерка что-то торопливо и выразительно шептала себе под нос: то ли молитву, то ли ругательства.
Округлое и немного дряблое лицо полицейского появилось перед окном. Я встретилась взглядом с глубоко посаженными серыми глазами и опустила стекло.
— Добрый день… — миленьким голоском ответила я.
— Лейтенант Митрофанов. Ваши документы?
Я выдавила виноватую улыбку, в сочетании с жалостливым и немного кокетливым взглядом:
— Простите, пожалуйста, я забыла права дома… Просто нужно было очень срочно ехать, мы страшно опаздываем…
— Ничего, успеете, — буркнул офицер. — Из машины выйдите.
— К-конечно, — чуть заикаясь, угодливо проговорила я.
Из-за нарастающего чувства паники мои легкие, казалось, стремительно сжимаются, лишая меня возможности вдохнуть кислород.
Я вздохнула, бросила настороженный взгляд на Леру. Взгляд Логиновой говорил за неё: «Валим! У нас получится!..».
Я едва заметно качнула головой и собралась уже открыть дверцу машины, как знакомая белая вспышка, сверкнув перед глазами, погрузила меня в новое видение.
А точнее — это было воспоминание стоящего снаружи, около дверцы полицейского.
Я сразу узнала его, хоть в этом воспоминании ему было лет четырнадцать-пятнадцать.
Пухлый, крупный, уже с заметным животом. Он стоял в полосатой футболке, с мороженным в руке и смотрел на террариум с какими-то крысами.
