Стас пару секунд смотрел в голубые глаза Михея и отчетливо наблюдал в них бессильное смятение, в сочетании с пробравшимся глубоко в душу червем панического страха.
На памяти Стаса именно такой взгляд, чаще всего, бывает у людей, чудом избежавших гибели.
Смятение, паника, слёзный страх и безмолвная мольба о помощи в глазах.
Только Стас уже ничем не мог помочь Михею.
— Михей, меня зовут подполковник Корнилов, — произнес Стас и подумав добавил, — вы можете звать меня по имени — Стас.
Обычно такая фамильярность недопустима, но в случае с Михеем лучше опустить строгие формальности для создания у парня хотя бы иллюзии уютного чувства защищенности.
— Стас? — переспросил он и нервно сглотнул. — Кто это был, Стас?
— Сперва, опиши, кого ты видел, — предложил Корнилов.
— Кого я видел? — выдохнул Малаховский. — Здоровенных и толстых мужиков в светящихся масках! Вот кого! Они хотели убить меня и я… я стрелял в них! В каждого!!! В одного всю обойму, ***ть, засадил! А ему на**ать!
— Михей, — сохраняя дружелюбное спокойствие, проговорил Стас. — Откуда у вас оружие? Тем более «Вереск»?
Пистолеты-пулеметы СР-2 «Вереск» состояли на вооружении сил специальных операций, спецназа ФСБ и Федеральной службы охраны первых лиц.
Михей несколько раз непонимающе моргнул, сдвинул брови. Стас, на мгновение было подумал, что опоздал — что поврежденный потрясением мозг Малаховского уже не в состоянии анализировать получаемую информацию или формулировать более-менее логичный ответ.
— Я… — Михей прочистил горло и, взволнованно дыша, пробубнил, — я торгую оружием… «Верески» получаю через приятеля… Там много чего ещё…
При других обстоятельствах любой торговец оружием, на месте Михея, и слова бы не сказал. Но Малаховский сейчас был не в состоянии адекватно оценить риски от собственных слов. Да ему сейчас было и неважно, что с ним будет за торговлю оружием. Единственное, что его волновало, Стас в этом не сомневался, — это, возможность гарантированной защиты от Масок.
И его, в роли защиты, устроила бы даже тюрьма.
— Вы знаете, зачем эти люди… — начал Стас.
— Нет! — выкрикнул Михей. — Нет! Не называй их людьми! Ты их не видел! Не видел, как я! Вблизи! Вплотную! Ты не смотрел в их светящиеся глаза!
— Ты же понимаешь, что это были просто… маски, Михей, — сохраняя сдержанность и невозмутимость, сказал Стас.
Михей лишь невесело и нервно хихикнул.
— Маски?.. Да, понимаю… А ты понимаешь, кто был под ними?! Нет?! Ты стрелял, Стас? Из настоящего оружия?! В людей, например?!
— Да, — коротко ответил Корнилов. — Приходилось.
— Тогда ты понимаешь, что никто!.. Никто не может выжить после тридцати пуль в брюхо с двух метров! Понимаешь?! Понимаешь?! Ты можешь это понять?!!
Стас мог. И твёрдо знал, что обычно и одной-двух пуль в плевральную область довольно, чтобы человек гарантированно умер долгой и мучительной смертью.
И пока он склонялся, что мозг Михея уже мог быть подвержен конфабуляциям, искажающим действительность произошедшего, в его сознании.
Хотя, скорее, Стасу хотелось, чтобы это было так. Потому что если истина совпадает с его словами… Он, Коля, Сеня и Ника вновь столкнулись с чем-то необъяснимым, кошмарным и ужасающе реальным. С чем-то, неуклонно вырывающимся из рамок привычной реальности.
С чем-то невероятным, но близким, существующим рядом… С чем-то, похожим на Сумеречного Портного, например.
При воспоминании о том деле, Стас ощутил неприятную легкость где-то в животе и нарастающую злость на себя и безжалостного убийцу, которого он так долго не мог поймать.
— Не мог бы ты описать, как все происходило? — сохраняя хладнокровную тактичность, проговорил Стас.
— Ладно… — дернул плечами Михей. — В общем… Я ехал на встречу с покупателем… Заехал во двор, там — ни души и темно было, хотя вроде день на дворе… Покупателя ещё не было, и я ждал в машине. А потом вышел, закурил и тут…
Он шумно нервно сглотнул.
— Они как будто материализовались прямо из гущи теней, из глубин теневого сумрака! Я серьёзно! Не веришь мне?!
— Я этого не говорил, — успокоил Михея Стас. — Продолжай.
— Они втроем приблизились ко мне…
Тут Стасу потребовались все силы, чтобы сохранить самообладание.
— Прости? — перебил он, ощущая возрастающую частоту сердечных ударов. — Ты сказал «втроем»?!
— Ну, да, — быстро кивнул Михей. — Трое мужиков, все в неоновых масках.
— Но… подожди… — Стас не верил и не хотел верить, потому что это было невозможно — ведь отец Масок, Панкрат Рындин сейчас сидит в СИЗО и ждёт передачи своего дела из прокуратуры в суд.
И Стас был уверен, что именно он сидел за рулем грузовика, в котором Маски измывались над Владом Неклюевым и его девушкой. А теперь выходит, что он мог ошибаться?!
Что он упустил? Где просчитался?
Панкрат невиновен?
Черта с два! Как минимум он зверским способом убил свою жену и удерживал в плену ребенка, шантажируя Прокла Бельского! То есть напрямую способствовал свершению преступлений своих сыновей!
Но, тогда… кто?! Неужели их трое?! Трое убийц!.. Трое… братьев?!
