Стас ничего не ответил, он смотрел на истлевшие, иссыхающие пальцы Белкиной, на которых почти полностью отсутствовали ногтевые пластины.
— Судя по разорванным ногтевым пазухам, ей планомерно один за другим удаляли ногти, — прокомментировал Яша и добавил, — плюс ко всему, вот… полюбуйся…
Взяв вместо линейки один из скальпелей, он обратной стороной приподнял верхнюю губу Татьяны.
— Они удалили ей резцы и моляры, — заметил Яша.
— Вижу, — сухо и сдержанно ответил Стас.
Все оказалось намного хуже, чем он полагал в начале. Это не просто убийцы. Это садисты. Минимум двое ублюдков, получающих моральное и сексуальное удовлетворение от истязания беспомощной жертвы. Минимум двое человекоподобных монстра, видящие смысл своего существования в причинении невыносимых страданий жертве.
Стас не раз устало задавался банальным вопросом: откуда они берутся? Как в них зарождается это желание мучить, терзать и убивать? Как?.. Из-за чего? Почему они такие?..
Корнилов не знал ответ на этот вопрос. И никто не знал. Даже профессора психологии. Сколько они не бились, они не могли объяснить феномен подобной психической патологии.
— Девчонку очень долго и с особой жестокостью пытали, Стас, — покачал головой Яша, — и лишь затем, видимо «наигравшись», они прибили её ещё живую к стене в туалете…
— Ясно, — голос Стаса показался ему каким-то чужим, как будто прозвучавшим со стороны.
Корнилов не мог отвести взгляда от тела несчастной Белкиной. Он представлял какую боль, какие невыносимые страдания она вынесла перед смертью. Её пытали, а потом оставили истекать кровью на стене. Как… как какой-то ненужный предмет.
— «Чёрный крест», — вспомнил Стас. — «Черный крест на её лице. Пытки и чёрный крест».
— О чем задумался? — Яша отвлек Стас от напряженного раздумья и накрыл тело.
Корнилов опомнился, отвел взгляд и проговорил, глядя в окно.
— Она не случайная жертва.
Яша искоса взглянул на него.
— Думаешь, будут ещё?
Стас мрачно кивнул.
— Уверен.
Яша тихо чертыхнулся.
— Нельзя допустить, чтобы ублюдки разгулялись, Стас… Такое… — Ящер покачал головой от нехватки слов, — такое не должно происходить! Никто, ни один человек, ни одна живая душа не заслуживает… того, что пережила эта девчонка.
В конце голос Яши едва заметно дрогнул.
— Мы не допустим, Яш, — Стас взглянул на него, — но новое, следующее убийство, а может и два, мы точно не сможем предотвратить.
Яша посмотрел на него долгим взглядом и печально, чуть-чуть, растянул губы в несмелой скупой улыбке.
— Может быть настала пора снова обратиться к Нике?
— Да, несомненно, — вздохнул Стас.
Как он не хотел, а теперь он знал точно: без Ники он не справиться.
Не справиться вовремя. Когда охотишься на серийного убийцу, главная цель не просто поймать его. Большинство из них и так попадаются, да и к тому же на очень глупых ошибках. Основная проблема состоит в том, чтобы поймать монстра, до того, как он убьет такое количество людей и пресытиться настолько, что потерять бдительность и попадется на какой-нибудь нелепой мелочи. Каждый из них, рано или поздно, попадает за решетку. Но большинство из них делятся на два типа: те, кто не успел убить больше трёх-пяти человек и попался полиции, и те, кто убивал, снова и снова, пока не опьянел от крови и не потерял рассудок, а вместе с ним и осторожность.
И Стас отлично понимал, что сейчас, особенно сейчас, он будет искать этих подонков слишком много. У них будет слишком много времени, а вот у людей, находящихся в заложниках у сопливых террористов его нет совсем. Как нет и шансов у одной или двух будущих жертв садистов-убийц, которых вряд ли удастся остановить в ближайшее время.
Выйдя из здания СМЭ, Стас набрал Колю, а затем Сеню.
Оба его опера были страшно «рады» новому делу с очередным серийным убийцей. Они были уже в курсе насчет захвата дома Токмаковых и условий террористов, и оба уже были готовы.
Домбровского Стас отправил проверить все возможные видеокамеры около бара «Voyage», а Арцеулов должен был наведаться по месту проживания покойной девушки.
А затем, уже сев в машину, он, переборов собственную совесть, все же решился открыть контакт Лазовской. Стас замер, на мгновение, увидев целых двадцать два пропущенных от Ники.
Неделю назад он купил новый смартфон, и ещё не до конца разобрался со всеми его функциями. В частности, с беззвучным режимом и необъяснимым помещением в ЧС некоторых контактов.
Стас знал, что Ника не будет названивать ему по пустякам. Корнилов торопливо нажал на «вызов» и поднес телефон к уху.
Ника взяла трубку уже после второго гудка.
— Стас!.. — отлично знакомый, давно уже родной для него, звонкий голос Ники звучал со слезной тревогой.
Стас ощутил нарастающее тревожное напряжение.
— Ника, что произошло? — быстро спросил Корнилов. — Ты в порядке?..
— Да! Да! — взволнованно затараторила Лазовская. — Со мной всё хорошо. Просто… просто пожалуйста, приезжай на работу! Мне очень нужно с тобой поговорить Стас! Это… это по делу!
— Я еду, — коротко бросил Стас и свободной рукой повернул ключ в замке зажигания. — Ты одна?
— Н-нет… — неуверенно промямлила Ника.
— А с кем?
