Новые глаза великолепно видели в темноте, даже с надетым шлемом: машина уронила не один десяток остеклённых полок — пол был усыпан сотней осколков. Двери автомобиля остались распахнутыми — лимузин пустовал, за исключением обмякшего тела на переднем сидении. Бережно, прислонившись к стене, стараясь не наступать на острые стекляшки, Сглаз продвигалась вглубь. В пяти метрах, за одним из целых ювелирных постаментов, восседал охранник в ожидании цели. Не зная, приметил ли он её, Джин, словно змея, бросилась на противника.
— Чт… — не успел сообразить телохранитель, как тактическая перчатка закрыла ему рот, а в его глаз вошло блестящее лезвие.
Джин выдернула из скрюченных ладоней автомат. Мужчина свалился, проронив лишь глухой стон. Этого оказалось достаточно, и с разных сторон магазина полетели пули. Сглаз кувыркнулась, уходя из-под огня, смещаясь во фланг одного из бандитов. Зрение последнего ещё не адаптировалось к темноте, а потому он не заметил скользнувший в сторону силуэт и вёл стрельбу по первой точке. Девушка прицелилась, ровная очередь прошлась по голове стрелка, роняя того на пол.
Выстрелами она дала себя обнаружить, и несколько пуль просвистело над головой. Сглаз понеслась вдоль стены, однако, в отличие от прошлого столкновения, эти ребята стреляли на опережение — в бронежилет и пластины на ногах влетело несколько снарядов, а на мотоциклетном шлеме осталась глубокая прорезь. Достигнув угла, Джин стремительно развернулась, буквально отпрыгивая от стены. Прямо перед ней оказались два последних наёмника — обоймы врагов опустели в самый неподходящий момент. Не успел один из них потянуться к поясу, как ему в торс прилетело несколько пуль, и он рухнул вниз.
Второй телохранитель уже достал пистолет, но воспользоваться не сумел — в него врезалась бешеная фурия, повалив наземь. В направлении носа скользнул нож, однако охранник, выставил вперёд левую руку, блокируя предплечье оппонента, а правой ладонью обхватил армированную перчатку. Таким образом, нож завис на месте. Со стороны казалось, что здоровый мужчина должен с лёгкостью пересилить натиск, однако нож опускался всё ниже. Сглаз чувствовала, что она, на удивление, физически сильнее громоздкого верзилы. Рывок, и нож вошёл в щёку, со скрипом проходя между зубов. Боль ослабила хватку наёмника, что позволило Джин свободно вытащить лезвие и нанести несколько смертельных ранений в шею.
Из-за спины раздался щелчок — недобитый бандит передёрнул затвор и открыл огонь. Сглаз съежилась и склонилась головой к трупу. Беспорядочная пальба из штурмовой винтовки порвала бронежилет в нескольких местах, и шесть пуль вошло в брюшную полость, калеча кишечник, желудок и почки. Один из снарядов также угодил под колено. Стиснув зубы, Джин воспряла и кинулась на врага — тонкое лезвие пронзило трахею.
Сглаз огляделась — цели и дух простыл. Затем она осознала, что спину успели превратить в очень вкусный сыр, а вытекал из глотки, разливаясь по языку, отнюдь не кетчуп. Однако боль, что терзала спину секундой ранее, быстро утихала. К колену, что мгновение назад сгибалось с трудом, возвращалась здоровая подвижность. Джин глубоко вздохнула. Она приметила открытую дверь, что вела в комнаты для персонала.
***
— Сукя, блять. Сука, блять! Работай!
Тёмное складское помещение. В другой раз он и рад бы был оказаться в пустующем магазине, набитом драгоценностями, но не сегодня. В одной руке он держал телефон, в другой — обрез и пытался вызвать подмогу. Однако переносной коммуникатор наотрез отказывал в сотрудничестве.
— Сука! — он швырнул телефон о стену, и тот разлетелся на вторичное сырьё.
Стрельба утихла, теперь каждый шорох вызывал неподдельный ужас. Он услышал шаги — в коридоре, за дверью, кто-то притаился.
***
Он здесь. Джин ногой выбила дверь, обнаружив себя в невыгодной позиции: узкое помещение, которое являлось не иначе чем кладовкой, не позволяло уйти в сторону. Не успев прицелиться из трофейного автомата, она стала отличной целью — бывший коллега открыл огонь из дробовика.
— Сдохни! — завопил он.
В испуге Сглаз выронила из рук оружие и машинально, будто ребёнок, закрылась руками.
— Умри! Умри! Умри! — орал психопат.
Вскоре патроны кончились. Но боль не пришла. Джин перестала жмуриться и открыла глаза — перед ней, словно тусклая голограмма, мерцала гладкая фиолетовая полусфера, напоминавшая одну из городских вывесок. На полу, перед сферой, лежал сонм оплавленных металлических шариков. Спустя мгновение голограмма погасла.
— Что за, — не веря своим глазам, мужичок выронил обрез и плюхнулся на задницу.
Сглаз подняла взор на будущего вкладчика в некролог.
— Джин, — вяло улыбнулся он, — это же ты, так?
Девушка подняла стекло шлема — на паникёра, в абсолютной темноте, глядели два тусклых фиолетовых фонаря.
— Ёб твою… угадал…
Кошка вынула нож.
— Брось, Джин, мы же друзья. Стой!
Бросившись к мужчине, одной рукой она обхватила его лоб, другой — вонзила остриё в артерию. Несколько резких движений, и он обмяк. Быстрая смерть. Сглаз хотела бы уйти также.
