Вдалеке завыли сирены. Силы покидали Джин, из горла выливалось всё больше крови. Федерал пересиливал и уже начинал вырывать из рук орудие смертоубийства, несмотря на ранения. Легавый упёрся в Джин коленом и с усилием оттолкнул от себя. Та упала по правую сторону от него, однако быстро встала, оставляя за собой кровавый отпечаток, и рванула прочь.
***
Враг стремительно отступил. Донован попытался подняться, однако на сегодня это был его предел — неуклюжее телодвижение привело к падению на бок. Кровь била ключом из изрезанных ладоней. Ор полицейских сирен, что звучал всё громче и громче, монотонно бил молотом по повреждённой голове. Спецагент вновь лёг на спину.
Быть не может. Моррисон. Убийца — Моррисон. Хоть и частично, он оказался прав. Пуля. Пуля прошла ей через глотку. Это не помешало гадине убежать. Немыслимо. Что происходит? Её глаза светились. Упустил. Вновь упустил.
— Офицер ранен, сюда! — крики спецназа далёким эхом отозвались в дальнем углу рассудка.
Спецагент потерял сознание.
========== X ==========
X
Донован лежал в огромном кресле. Перебинтованными руками он потирал чудом не сломанную челюсть. Напротив, в подобном кресле, восседал глава уголовного преследования. Кажется, с каждой новой их встречей Ричард становился всё более раздражённым. Начальник нервно потирал ручки мягкого сидения. Спецагент поставил обратно на стеклянный столик полупустой стакан бурбона. Кроме этого, на столе покоилось несколько папок с делами.
— Я вот даже не уверен, — прервал тишину Ричард, — стоит ли мне спрашивать «какого чёрта» или нет?
Донован нехотя перевёл взгляд с белоснежного потолка на старика.
— Всё под контролем, Ричард, — хрипло пробубнил спецагент.
— На тебе живого места нет. В зеркало смотрел?
— Не в первый раз. Оклемаюсь часа за четыре.
— Что там случилось? Говори.
— Твоя бригада оловянных солдатиков опять поздно, — слегка повысил голос спецагент, — у них там, что, время сбора — минут сорок?
— Мы сейчас не обо мне говорим, — отрезал начальник.
Донован вздохнул.
— Убийца Моррисон. Не какая-то другая обезьяна из шакалов. Именно Моррисон.
От взгляда старика исходил скепсис.
— Лично видел, Ричард. Она стекло шлема подняла, — спецагент показал в воздухе соответствующим жестом, — никого больше на месте, только она. Ну, кроме трупов, разумеется.
— По порядку, пожалуйста.
— Да что там по порядку — звонил Майкл, я поехал на отключение, а то твои всё время опаздывают. По дороге туда в меня въехал лимузин.
— В тебя въехал? — переспросил начальник.
— Да… — слегка замешкался Донован. — Меня вбило в руль. Затем началась стрельба. Когда пошёл производить арест — там над последним трупом уже сидела эта мелкая мразь.
— А ты что?
— Выстрелил — промазал — побежал. Взял автомат — выстрелил… — спецагент вновь осёкся. — Опять промазал. Завязалась драка — она убежала. Всё. Ничего больше.
— Значит спасти шкуру Митчела тебе не удалось… Жаль…
— Кого?
— Это я у тебя должен спрашивать, Донован.
Ричард наклонился к столику, иссохшими пальцами он вынул фотографию из одного из дел и протянул её спецагенту. Тот нахмурился.
— Пять часов назад погиб этот молодой человек.
— Питер Тейт Митчел…
— Вспомнил, я огляжу. За что только не находился в федеральном розыске. Как видишь, нашёлся, — усмехнулся старик.
— Чёрт с ним, — Донован небрежно швырнул фотографию на стол, затем наклонился к Ричарду, — у меня есть план, как нейтрализовать Моррисон. Слушаешь?
========== XI ==========
XI
Старый добрый стул. Всё такой же неудобный.
Острые края, не без помощи ремней, впивались в бёдра и нежные запястья. Травмируя щёки, несуразное ржавое устройство держало рот открытым. В кровоточащую полость медленно вошли пошарканные железные клещи и обняли последний зуб. Несколько плавных, но резких движений, и с противным хрустом, который отдавал несчастной в череп, он вышел из десны, своими корнями вспарывая тонкую слизистую оболочку. С голой груди на живот стекал вязкий водопад из крови и слюны.
Палач выпрямилась и подняла инструмент к лицу, с любопытством разглядывая продолговатый клык. Она хмыкнула, подошла к блестящему столику, что располагался по правую руку от неё, и разжала орудие. Зуб упал в жестяную банку, воссоединяясь со своими двадцати семью собратьями.
— Хорошая девочка, Джин.
Сглаз давно привыкла к «заигрываниям» — умеренным истязаниям, с которых обычно начинались пыточные сессии. Такими действиями уже нельзя было выдавить из неё вопль. Если бы её попросили назвать плюсы текущего положения, то, в первую очередь, Джин указала бы на повышение болевого порога. Устало она смотрела на своего мучителя. Ведьма вернулась на исходную позицию и наклонилась, с видом знатока разглядывая израненный рот. Правой ладонью она массировала себе подбородок. Неморгающие зелёные огни таращились в одну точку. Сглаз удивлённо уставилась на маньяка. На лице той проявилась невиданное до сих пор выражение. Алые брови свелись вместе, а у виска проступила бледная синяя вена.
— Не так. Не так. Не так.
