— Ну хорошо, — вздохнул Путин. — А теперь будьте добры рассказать о своем последующем боевом пути. Это чтобы я мог объяснить своим людям, куда они идут и на чем им заострять внимание.
Я и рассказал, кратчайшим образом изложив свой поход по мирам в стиле Юлия Цезаря: «Пришел, увидел, победил». И только когда мое повествование дошло до посещения мира техногенных порталов и встречи с тамошним президентом Путиным, мой собеседник оживился.
— Так-так, Сергей Сергеевич, — сказал он, — а вот это крайне интересный момент! Я, знаете ли, тоже хотел сказать той версии самого себя пару ласковых за трескающиеся стены нашего мира. Так и потолок может упасть на голову по причине чьего-то излишнего энтузиазма…
— Это ваш брат-близнец так поступил не со зла, а лишь по причине незнания фундаментальных основ, — ответил я. — Я уже провел с ним профилактическую беседу и пообещал повысить квалификацию его физикам, чтобы они знали, как построить портальную установку, не наносящую вреда структуре Мироздания. Позже я устрою вам встречу для обмена опытом и обсуждения принципиальных вопросов. И поставьте, пожалуйста, в известность о моем визите товарища Сталина. У меня сейчас нет ни времени, ни возможности заниматься еще и тем миром, тем более что там все движется в правильном направлении. Отражая вторжение германских технизированных варваров, вы все сделали хорошо. Через некоторое время, когда я открою последний из доступных мне искусственных миров, надо будет собрать саммит глав российских государств двадцатого и двадцать первого веков, чтобы мы могли решить все вопросы совместного существования. Дело в том, что мои инженеры неоримского происхождения на основе прыжковых генераторов межзвездных кораблей смогли создать и уже испытали вполне совершенную техногенную портальную установку, действующую на тех же принципах, что и порталы, которые маги моего уровня открывают, так сказать, вручную. Теперь миры станут друг другу ближе и получат возможность развивать между собой торговые отношения. Так что готовьтесь, наступает новая эра.
— А вы что при этом будете делать? — спросил Путин.
— Мне предстоит идти дальше вверх по Основному Потоку, — ответил я. — Там у меня работы хоть отбавляй. Кроме того, я не ищу себе новых уделов за пределами мира, данного мне в ленное владение, и не стремлюсь доминировать над другими версиями русского государства. Вы мне союзники и соседи с фланга, а не подчиненные и уж тем более не рабы. На этом, пожалуй, все. Собирайте делегацию, и когда все будет готово, немедленно сообщайте. Я пришлю за вашими людьми челнок, даже если в тот момент сам буду отсутствовать в вашем мире.
— А как я смогу вам об этом сообщить? — с интересом спросил президент.
— Вот, — сказал я, выкладывая на журнальный столик свой связной портрет. — Это нечто вроде магического сотового телефона, настроенного на одного абонента. Когда потребуется, просто проведите пальцем по изображению, и я выйду на связь. А сейчас мы с товарищем Риоле Лан пойдем. Счастливо оставаться, товарищ президент.
14 апреля 1906 года, 14:45 мск, околоземное космическое пространство, линкор планетарного подавления «Неумолимый», главный командный центр
Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи
К проникновению в мир, основанный императрицей Ольгой Александровной и ее князем-консортом Новиковым, я отнесся как к дежурному проходному заданию. Мне следовало прибыть на место, выяснить, кто сейчас в тамошнем Санкт-Петербурге, царь или царица, и вступить с этим главой российского государства в переговоры. Все просто, как два пальца об асфальт. И это несмотря на то, что абсолютно ничегошеньки мы о том мире не знаем, ибо сведения полковника Рагуленко устарели лет на восемьдесят. По его данным, императрица Ольга, настропаленная пришельцами из будущего, гнала вперед лошадь технологического прогресса, и тот мир развивался примерно в том же русле, что и мир моей супруги.
Но потом, после смерти всех, кто был причастен к этому рывку, стремление к достижению все новых высот должно было необратимо заглохнуть по причине тамошнего чрезвычайно низкого конфликтного уровня: зачем напрягаться, рвать жилы, если нет никакой опасности и можно жить спокойно и вальяжно, проедая то, что оставили в наследство предшественники? Произойти такое могло на рубеже пятидесятых-шестидесятых годов двадцатого века, после чего весь тот мир погрузился бы в тяжкий застой. И даже назначение канцлером товарища Джугашвили, что произошло в начале тридцатых годов, не могло радикально спасти ситуацию. Он тоже гарантированно выходил из оборота примерно в те же сроки, что и императрица Ольга.
