Наш первый виток рассчитан был таким образом, чтобы пройти от космического пришельца на расстоянии в пятьдесят километров (по космическим меркам, почти впритирку). Мы догоняли его снизу и сзади, ибо, как я уже говорил, его скорость была значительно меньше орбитальной. Любой нормальное небесное тело в таких условиях уже камнем валилось бы на поверхность планеты, изображая новый Тунгусский метеорит, но этому чуду природы законы небесной механики явно были не писаны. Как говорится, удивительное рядом, можно протянуть руку и потрогать.
И вот, когда мы уже готовились совершить первый разведывательный заход, от клиновидного корпуса межзвездного гиганта отвалили четыре точки, начав стремительно разгоняться в том же коридоре, что и мы. То есть точками эти устройства выглядели на радаре, однако с большого расстояния мы не могли разглядеть их и определить размеры. При этом на стрельбу ракетами на пересекающихся курсах маневр этих аппаратов походил мало — скорее, было похоже, что они пытаются с нами сблизиться, уравняв скорости. Еще одной странностью было то, что ни в одном из диапазонов, доступных для нашей разведывательной бортовой аппаратуры, за малыми кораблями пришельцев не обнаруживалось никакого реактивного следа, хотя маневрировали они очень энергично — «Илюша», например, так не умеет.
— Ну вот, пан Артем, — сказал мой второй пилот, — вылетели на разведку, и сами стали предметом изучения со стороны чужаков. Интересно, какие они — похожи на спрутов или на гигантских пауков?
— Меня, пан Рафал, больше интересует, какую команду нам дадут с Земли, — ответил я.
Земля ожидаемо скомандовала не суетиться и наблюдать, не выказывая враждебности. Что им вероятная потеря пары Ил-125, когда на кону, возможно, стоит существование Советского Союза и всего человечества.
Тем временем дело становилось все страньше и страньше. Уравняв скорости, аппараты сблизились с нами на пару сотен метров — то есть до дистанции визуального опознавания через жаростойкое остекление пилотской кабины и камеры кругового обзора на корпусе «Илюши». Получаемое с них изображение высокой четкости напрямую шло на Землю, в том числе в главный командный центр противовоздушной и противокосмической обороны. И там тоже видели и вполне земную самолетообразную форму аппаратов, взявших наши «Илюши» в «коробочку», и изображенные на их корпусах опознавательные знаки «красная пятиконечная звезда». Шок и трепет — воистину к нам прилетели родные братья по разуму…
Но это было еще не все чудеса. Неожиданно на панели управления замигала лампочка системы ближней связи, а в наушниках раздался тонкий зуммерящий звук. Думая, что это со мной хочет выйти на связь ведомый капитан Степан Белоконь, я прижал на левом подлокотнике клавишу соединения и услышал в наушниках приятный грудной женский голос с необычным акцентом:
— Разрешите с вами познакомиться, мальчики?
Мы с Рафалом непроизвольно переглянулись: такого подхода никто из нас не ожидал: не на танцы, чай, шли в колхозный клуб снимать податливых сельских красавиц, падких на блеск звездочек на погонах и пилотских значков.
— Я думаю, — сказал мой напарник по внутренней связи, — что для начала следует представиться как положено, официальным порядком, а там будет видно.
И тут же с Земли поступило разрешение, и даже прямое приказание, произвести первый контакт. Там, в главном командном центре, уже, наверное, тоже сходят с ума от волнения. Ждали чего-нибудь страшного, а тут — «разрешите познакомиться».
Я переключил канал на передачу и пересохшим от волнения ртом произнес:
— Я, капитан Артем Селезнев, командир Ил-125, разведывательно-ударного аэрокосмического корабля Воздушно-космических сил Советского Союза, бортовой номер 762, и мой второй пилот старший лейтенант Рафал Гжибовский вызываем вас на связь. Прием.
Ответ меня, мягко выражаясь, шокировал.
— Я, старший лейтенант Аврора Октавия, и моя напарница темная эйджел Барба Кирч, а также другие девочки моего звена, приветствуем вас от имени воинского Единства и всего Четвертого Галактического Союза, а также шлем вам улыбки и добрые пожелания. Вы очень храбрые, мальчики, раз отваживаетесь выходить в космос на таких огненных каракатицах.
Тут, надо сказать, мне стало немного обидно за «Илюшу»: огненной каракатицей его еще никто не называл. И в то же время была очень приятна женская похвала. Хотя еще неизвестно, как эта девушка выглядит… быть может, у нее на голове осминожьи щупальца вместо волос?
— Старший лейтенант Аврора Октавия, — строго сказал я, — будьте добры объяснить цель и задачи вашего визита к планете Земля. А то люди там внизу очень волнуются. Прием.
— Не надо волноваться, не надо пугаться, товарищ Селезнев, — нараспев ответила Аврора Октавия. — Мы пришли к вам с дипломатической миссией мира и дружбы. По всем прочим вопросам соединяю вас с нашим обожаемым и почитаемым верховным командующим товарищем Серегиным.
Вот так — сразу простого капитана напрямую соединяют с верховным командующим, минуя все промежуточные инстанции. Или я чего-то не понимаю в армейской субординации?
