— Мой визит носит исключительно ознакомительную и дипломатическую цель, — ответил я. — Для меня вы выглядите как потенциальные соседи с фланга, не нуждающиеся ни в опеке, ни во вразумлении. Ну а если на вашу новорожденную Советскую Галактическую Империю вдруг наедет вся цивилизация кланов эйджел, то я явлюсь сюда с «Неумолимым» и в корне пресеку это безобразие. Такое положено мне по должности. Но говорить об этом детально стоит уже очно за столом переговоров, а не по видеосвязи. Так и доложите товарищу Сталину.
— Хорошо, мы вас поняли, — сказал каперанг Малинин. — Мы доложим итоги этого разговора товарищу Верховному главнокомандующему, а потом снова выйдем с вами на связь. До свиданья, товарищ Серегин…
— До свиданья, товарищ Малинин, — ответил я и разорвал контакт, так сказать, до особого распоряжения.
Мир «Полярного Лиса», 5 апреля 1942 года, 04:35 мск, ближнее Подмосковье, дача в Кунцево, кабинет Верховного главнокомандующего
Получив от каперанга Малинина исчерпывающий доклад о первичных переговорах с неким товарищем Серегиным, профессиональным путешественником между различными мирами, товарищ Сталин призадумался. Сказать честно, ничего подобного он не ожидал, ибо галактическая наука считала подобные явления невозможными. Но вот нашелся некто, взявший на себя труд объяснить высокоученым мужам, насколько они неправы. По мнению каперанга Малинина, товарищ Серегин похож на первого галактического императора Шевцова как отражение в зеркале, и в то же время сильно отличается, поскольку действует не под давлением обстоятельств, а ориентируясь на собственные, пока непонятные, интересы.
Больше всего товарища Сталина смутило предложение пришельца взять их мир под свою защиту. Само по себе это было неплохо, ибо фактор существование цивилизации кланов эйджел изрядно беспокоил советского вождя, однако защита должна подразумевать контроль и даже доминирование над тем, кто в ней нуждается, хотя товарищ Серегин утверждает обратное, настаивая, что отношения между защитником и подзащитным будут равноправными. Но ведь так не бывает. Принимая помощь со стороны, следует быть готовым расплачиваться за нее ограничением своих прав и свобод или же самым беспардонным разграблением материальных ценностей и финансов. На этом, кстати, погорел последний император из рода Романовых, поверивший в добрые намерения Антанты, потеряв из-за этой ошибки все, вместе с собственной головой.
И в то же время товарищ Сталин сомневался, если можно так сказать, в собственных сомнениях. Уж больно непонятной и загадочной личностью получается пришелец из другого мира, прогуливающийся по мирам как между комнатами собственного дома. Прежде чем составлять о нем хоть какое-то мнение, следует взглянуть на этого человека собственными глазами. Но никого иного, даже Лаврентия, в известность об этом контакте ставить не надо. По крайней мере, пока.
Приняв это решение, Отец Народов связался с товарищем Малининым и распорядился начать предварительные переговоры по поводу организации его встречи с товарищем Серегиным, желательно прямо тут, на даче в Кунцево, после чего лег спать. Поздно уже, то есть совсем рано.
Тогда же, околоземное космическое пространство, линкор планетарного подавления «Неумолимый», императорские апартаменты
Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский, император Четвертой Галактической Империи
Второй сеанс связи с каперангом Малининым состоялся через полтора часа после первого, и проводил я его не из командного центра, а из собственных апартаментов. Как оказалось, товарищ Сталин поручил командиру «Полярного Лиса» согласовать условия моей встречи с ним в Кунцево, чтобы мы с глазу на глаз могли обсудить все скользкие и одновременно острые вопросы нашего будущего сотрудничества. Мол, именно товарищ Сталин принимает тут все самые главные решения, а каперанг Малинин — не более чем доверенный исполнитель. Только состоится этот саммит не ранее полудня по московскому времени, поскольку товарищ император ушел отдыхать и приказал его не беспокоить.
Я немного подумал, и ответил, что согласен, но есть нюансы. О Галактической империи, основанной товарищем Шевцовым, и о Советском Союзе времен сорок первого года я знаю много, если не все, а вот команда «Полярного Лиса» и товарищ Сталин не имеют обо мне и о моем Воинском Единстве почти никакого представления. Такое положение требуется немедленно исправить, и для ознакомления с существующей действительностью, пока товарищ Сталин спит, я предлагаю каперангу Малинину направить ко мне на «Неумолимый» делегацию в составе трех-четырех человек по его выбору. Чем больше они узнают обо мне и моей деятельности, тем проще и легче пройдут переговоры в Кунцево.
