Первый увиденный мною посторонний человек, не считая охраны Шлиссельбурга, изрядно постарел. От полного молодого человека со здоровым румянцем осталась едва половина. Князь выглядел старше своих сорока пяти. Может, тому виной морщины, изрезавшие его высокий лоб и постоянно усталый вид. Оно и немудрено. Будучи главным инспектором при правительстве, Валентин Платонович постоянно ездит по стране, занимаясь надзором за важнейшими прожектами.
Кстати, построенная буквально за пять лет дорога из Москвы до Антонова — его заслуга. Именно за возведением надёжных путей Мусин-Пушкин и следил в последнее время. А там воровства и махинаций не меньше, чем в армии. Но, к ужасу казнокрадов, князь мзду не брал, а его всегда сопровождал целый сонм ревизоров, готовых влезть под кожу кому угодно.
— Я тоже не вижу необходимости в трибунале. Чрезмерное насилие не может решить проблемы мздоимства. А вот часть дворянства озлобиться, ведь наказанию подвергнуться и невиновные. Нужно тщательное расследование без излишней огласки, — тихо произнёс князь.
Только он забыл уточнить, зачем тянуть? Доказательства найдены, да и невиновных в этом деле нет. Следствие идёт уже более полугода и в нём появляются только новые фигуранты как из военных с чиновниками, так и со стороны гражданских. Я не требовал устраивать судилища. Мне нужно наказать воров и показать обществу, что перед законом все равны. Пусть я спешу, но просто нет сил терпеть.
Благо на подходе совершенно новая поросль служилых людей, воспитанная по иным принципам. Времена всеобщего грехопадения, когда откровенный вор считался просто удачливым дельцом, а шлюха чуть ли не образцом для подражания, уже миновали. Если правильно не воспитывать молодёжь, то реформы не имеют никакого смысла. Поэтому я уделяю этому процессу немало времени и стараюсь личным примером показывать, что жить надо честно. К сожалению, двигаясь по этому пути, невозможно не замарать руки кровью. Но я никогда не приказывал убивать людей. Только суд, пусть иногда выполнявший мою волю, мог приговорить человека к смерти.
К сожалению, до более или менее чистоплотных правоохранителей и чиновников России ещё далеко. И кто-то должен взять на себя ответственность за карательные действия в начале реформ. Я не верю в ненасильственный метод. Человеческую натуру не исправить, и всегда найдутся желающие урвать кусок пожирнее за чужой счёт. Поэтому строгое наказание у нас сопутствует всяческим благам, положенным людям за честную службу. Ну и сам управленческий аппарат я чищу уже который год. Только старая гвардия тоже не дремлет. Вот и Салтыков с Измайловым получили хорошие должности, пусть и на окраине. Я не могу постоянно идти наперекор аристократии и высшего света, отстраняя их выдвиженцев от власти.
Потому и происходят такие ситуации. А ведь именно Вяземский в своё время проверял всех кандидатов на должности губернаторов и их заместителей. Он что, не слышал про нечистоплотность Зубова? Буду с этим разбираться.
— Даю вам месяц на сбор доказательств и подготовки материалов для трибунала, — обращаюсь к вздрогнувшему Акчурину, — Коли во время суда появятся новые сведения, то просто прикрепите их к делу. Трибунал состоится в Антонове, а пока приказываю арестовать главных обвиняемых и поместить в местный каземат. Можете идти.
Это я обратился ко всем собравшимся, пресекая попытку Вяземского вновь заступиться за Салтыкова.
В принципе, решение я принял давно. Недавно закончившееся совещание только укрепило мою решимость. Хватит договариваться, пора начинать продавливать свою волю. Благо сил накоплено немало, и случай уж больно удобный. В армии терпеть не могут интендантов, несмотря на мою многолетнюю борьбу с воровством. Просто до всего руки не доходят. И надо признать, что я часто сам давал повод для нарушений, оправдывая родственников влиятельных вельмож. Нет, своё наказание они получали, но гораздо более лёгкое. Вот Ваня и доигрался.
Звоню в колокольчик и, не отрывая взгляда от документов, приказываю Пафнутию.
— Вина и зови Потёмкина.
По истечении трёх минут на моём столе появился поднос с напитком и сырной нарезкой, а новый глава канцелярии с папкой в руке расположился в середине кабинета. Бессменный и работоспособный Теплов скончался в прошлом году. Вначале я искал замену Григорию Николаевичу среди других статс-секретарей. Но среди них не нашлось людей широко мыслящих. Всё-таки руководитель Е. И. В. канцелярии — это не просто писарь. Сейчас он имеет чин статского советника, что соответствует бригадиру пехоты и возглавляет пусть небольшое, но мощнейшее ведомство, у которого есть даже собственная разведка. Потому мой выбор пал на другого Григория, о чём я пока не пожалел. Недаром Шешковский не хотел отдавать столь ценного сотрудника.
Думаю, по окончании войны Потёмкина ждёт следующий чин и немалая премия, включая пай одного из поселений. Ибо заслужил. А паи я сейчас раздаю вместе с землёй, дабы у крестьян были покровители на самом верху, а чиновники не думали о дополнительном доходе.
— Присаживайтесь, — киваю гостю на кресло.
