Сосредоточенно кивая, я поощряла мстителя продолжать рассказ, обраставший новыми жуткими подробностями, в которых, я более чем уверена, добрая половина на проверку окажется чистейшей воды вымыслом.
– Белозеров годами использовал центр просветления в качестве ширмы для отмывания средств, – гнул свою линию Алексей. – У него таких ширм по городу много, все записаны на подставных лиц. Чаще всего это какие-нибудь «успешные бизнесвумены». Любимая фишка Белозерова – поставить во главе своей фирмы женщину, а потом еще и пиарить эту дамочку. План олигарха сработал, дураки слепо верят в красивую сказочку. А я не дурак, я не верю! Вы-то сами вообще можете представить, чтобы женщина обладала знаниями и талантом для управления многомиллионным бизнесом?
Я манерно рассмеялась и даже приложила к глазам салфеточку, сделав вид, будто вытираю потекшую тушь.
– И что, вам удалось раскрыть их схему? – поинтересовалась я.
По лицу альфа-козла вновь разлилось самодовольство. Он многозначительно поднял и опустил брови.
– Невероятно! Каким образом?! – притворно восхитилась я.
– Я начал проводить собственное расследование. Знаете ли, я превосходно разбираюсь в финансовых вопросах. Одно время мне даже предлагали возглавить казначейство в «Тарасовкомбанке». Обещали зарплату два миллиона в месяц, лишь бы пошел к ним работать. Но я наотрез отказался. Сказать почему?
– Недостаточная сумма для человека с вашей квалификацией, я так думаю, – с серьезной мордочкой изрекла я.
К тому моменту мне сделалось ясно, что Афанасьеву можно говорить сколь угодно дикую лесть, потому что самовлюбленность мешает ему видеть иронию и троллинг.
– Это само собой, но не только. Бегло изучив отчетность банка, я тотчас понял, что его руководство регулярно совершает рискованные операции на большие суммы. Часть этих операций я бы назвал сомнительными. Поэтому я отказался от вакансии. И не прогадал. Угадайте, что вскоре произошло!
– Не представляю, – с придыханием произнесла я, хотя о судьбе коммерческого банка наслышана, как и большинство тарасовцев.
– Попробуйте!
– Теряюсь в догадках.
– У «Тарасовкомбанка» через месяц отозвали лицензию.
– То есть вы их раскусили еще раньше, чем Центробанк? – Я продолжала усердно выдавливать из себя безудержные восторги.
Ранее Афанасьеву не приходила в голову мысль, что он умнее всех специалистов Центрального банка, вместе взятых. Его приятно поразило, что я думаю о нем лучше, чем он сам о себе, и окрыленный Алексей запел соловьем. Битых двадцать минут мне пришлось выслушивать его громкие заявления о том, как великолепно он разбирается в финансовой сфере и как легко вычисляет признаки незаконной деятельности, включая отмывание денежных средств. Наконец, когда мое терпение уже иссякало, равно как иссякал и запас восхищенных «ахов», Афанасьев дошел до сути:
– Я обнаружил странные проводки между счетами. Счета показывали, что Тинчик выдает направо-налево крупные и мелкие займы работницам. Сначала мне это нравилось, я считал его щедрость признаком доброты. В те дни я идеализировал Тинчика. Стыдно признаваться в подобной глупости, но любовь слепа! – театрально продекламировал он.
– Что на самом деле означали эти займы?
– Отмывание денег, как и любые частые и экономически неоправданные денежные переводы в адрес физических лиц.
Обвинения выглядели шаткими, но момент для спора был неподходящим. От меня требовалось всемерно поощрять выдумки Афанасьева, чтобы получить от него больше информации о Кристине. Кроме того, меня настораживало упоминание Белозерова, о роли которого в раскрутке бизнеса Овчинниковой я уже наслышана от «дорогой Лакшми». В олигарха, отмывающего деньги, поверить легко. Быть может, слова Алексея – не сплошная выдумка и в них есть зерно истины?
– Эти транзакции документально подтверждаются?
– Да! – возликовал экс-супруг. – Мне повезло. Какой-то сознательный человек инкогнито прислал мне все необходимые бумаги.
«Ты сам их спер! Или сперла твоя любовница!» – хотелось крикнуть мне.
Впрочем, вспомнив анонимку, полученную сегодня, я задумалась над словами Афанасьева. Еще вчера версия с незнакомцем в маске Гая Фокса показалась бы абсурдной, теперь я иначе смотрела на вещи. Что, если и впрямь существует некий незримый и загадочный капитан Немо, который рассылает разным людям анонимные письма в стремлении направить следствие в нужное ему русло? Кто он и какую выгоду преследует?
– Мне можно увидеть документы? – спросила я. – Это было бы полезное пополнение моего досье на Овчинникову.
– Не вопрос. В следующую нашу встречу непременно передам их вам лично в руки. Вы не против встретиться у меня?
– Великолепно! – Ясен день, ничего великолепного в предстоящей встрече я не видела. Пугающая перспектива – оказаться один на один с накачанным бугаем в его собственной квартире, где он запросто вытрясет из меня душу, если его что-то разозлит. Поэтому я поспешила игривым тоном сделать встречное предложение: – Или лучше вы ко мне. Покажу вам шикарный вид из моего пентхауса на Приволжской.
