Я тяжело вздохнула, опустилась в кресло и во всех подробностях принялась рассказывать произошедшее за прошедший месяц. Повествование затянулось надолго, поэтому в ходе него мы спустились в столовую, затем направились к озеру и до самого вечера сидели там на покрывале. В ответ Ирвис поделилась своими невзгодами, издевательствами Эваина и вечными упреками, что она не смогла отвоевать имущество, изначально предназначенное именно ей. В какой-то момент я уснула, хотя старалась внимательно слушать.
— Айлин… Айлин! — трясла меня за плечо сестра. — Где твой зеленый камень? У тебя кровь на щеке.
Я прикоснулась к ней, посмотрела на свои вымазанные в темно-бордовый цвет пальцы и едва не зарыдала в голос от невозможности избавить мужа от страданий. Что с ним делают?
— Есть способы убрать связь? — вкрадчиво спросила она, приняв из моих рук заживляющий артефакт.
— Нет.
— Но священник ведь пытался. Определенно должна существовать возможность покончить с твоими страданиями.
— Нет! — вспыхнула я и подскочила на ноги, а после чуть ли не бегом отправилась к дому. Никто не посмеет ее разорвать!
Я влетела к себе в комнату и с грохотом захлопнула дверь. Это последнее связующее звено с Дэймаром. От него больше ничего не осталось. И тут мне на глаза попался сундук, где должны были находиться подаренные Лэнсом шахматы. Я направилась к нему, но замедлилась — отныне данная игра под строжайшим запретом.
Ирвис не беспокоила меня до следующего дня. Она извинилась и предложила свою помощь, а я и не подумала отказываться. Вдвоем дело пойдет быстрее. И только мы принялись изучать книги, как раздался стук и вошла Нира.
— Прошу прощения, могу я попросить у вас выходной? Марвин отправляется на охоту. Очень хочется посмотреть, как он стреляет в уток. Если нельзя, то я останусь.
— Да, конечно. Ты свободна.
Я снова погрузилась в описание второго случая, когда существо из другого мира попало в наш и уничтожало города, сжигало леса, поля, высушивало озера. Все-таки рвение Дэймара получить определенную магию все больше приобретало смысл. Наверное, именно из-за страха перед возможным будущим он шел к намеченной цели и не собирался отступать. На пожелтевшую от времени бумагу упала слеза. Я часто заморгала и смахнула новую.
В дверь раздался настойчивый стук.
— Войдите.
Стук повторился.
— Я открою, — поднялась Ирвис, и вскоре перо выпало у нее из руки.
Сестра попятилась, а после кто-то схватил ее, развернул. В следующую секунду в комнату нагло ворвался Эваин. От испуга я вжалась в кресло и не смела двинуться, во все глаза наблюдая, как Крил прикрывал дверь и прижимал Ирвис к себе спиной.
— Что тебе надо? — голос едва не дрогнул.
— А ты еще не догадалась? — ехидно улыбнулся несостоявшийся муж.
Его сальные волосы торчали в разные стороны. Перепачканное лицо с момента нашей последней встречи обогатилось несколькими царапинами. Одежда же оставляла желать лучшего.
— Отпусти ее, — я нашла в себе силы встать. — Если тебе нужно поместье, то незачем опять издеваться над сестрой.
— Ты права, — задумчиво закивал мужчина, поджал губы и уже обратился к Ирвис: — Слышала, мышонок? Ты нам больше не нужна.
Ехидная улыбка, толчок ее вперед. Сестра сделала шаг, а затем округлила глаза и открыла рот. Я замерла, до конца не понимая, что происходит и почему Эваин преисполнен самодовольства, словно победил в затянувшейся войне.
— Ну наконец-то, — в его взгляде отразилось безумие.
Я не смела сдвинуться с места, смотрела то на чуть не смеющегося в голос мужчину, то на ошеломленное лицо Ирвис. Она коротко вдохнула, потом еще раз, будто воздух не достигал ее легких. Шаг мне навстречу. Сестра пошатнулась и начала падать, сразу же оказавшись в моих руках. И, лишь подхватив ее, я заметила воткнутый в спину нож.
— Как же надоело с вами возиться, — под полные ненависти слова Эваина мы обе осели на пол, и только там в голове щелкнуло: убил!
Я часто заморгала, прикоснулась к бледному лицу Ирвис, погладила ее щеку. Взгляд голубых глаз застыл, стал далеким. Убил? Рот открылся от поглотившего меня ужаса, однако оттуда не вырвалось ни звука. Подобного ведь не могло произойти. Надо убрать холодное оружие, воздействовать заживляющим артефактом — и все вернется на круги своя.
Я дрожащей рукой потянулась к ножу. Тот с приглушенным звоном упал на пол. С раны хлынула кровь. Не медля ни секунды, я приложила камень, надеясь, что вот-вот все закончится, Ирвис громко вздохнет и повернется ко мне. Но мои ожидания не оправдались.
— Нет…
Под тихий смех мужчины я покрутила творение Дэймара и снова дотронулась им до раны.
— Нет. Нет, нет, нет…
Оно… не подействовало. Не залечило. Однако попытки продолжались. Ведь не могла магия истощиться в самый неподходящий момент. Ирвис не должна умереть, еще рано, она не успела пожить в этом мире, повидать счастья, хотя уже узнала горя сполна. Ей нельзя уходить! А как же слова прощения, наши чаепития по утрам, племянники, бегающие в саду?
