— О-о, ты ошибаешься. Я проблемная. С точки зрения парней, конечно. По крайней мере их традиционно мыслящего большинства. С такими, кто ищет себе рабыню или неспособную ни на что девочку, с которой только и надо, что пылинки сдувать, я ни за какие коврижки не связалась бы. Я, знаешь ли, не собираюсь никому стирать носки и мыть посуду, у меня и без того забот хватает. А нормальные мне почти не встречались. — Она пожала плечами. — Так что, считай, я тоже не встретила подходящего парня. Да и в целом с этим сложно. Это тебе нет нужды сталкиваться со мной в быту и, не знаю даже, — она замолчала, гадая над формулировкой и не замечая нарастающего в Сергее напряжения. — В каком-то планировании будущего, наверное, так. Ты обеспечен, можешь позволить себе все услуги по дому, вопрос о бесплатной домохозяйке для тебя не актуален. Да и наши взаимоотношения в целом другие, раньше бы я на такое не решилась. Вот, — закончив говорить, Кира подняла голову.
Они встретились с Сергеем взглядами. Его казался теперь очень серьезным и пронзительным, будто бы всматривающимся в нее до самой глубины.
— Почему я, Кир?
Озвученный Сергеем вопрос удивил ее и отчасти озадачил. Нервно облизав губы и поерзав на месте, Кира боролась с желанием сказать правду: и про Марго и ее советы, и про собственные рациональные расчеты.
Было, конечно, кристально ясно, что подобный ответ мало кому понравится. На понимание рассчитывать тем более не стоило. К тому же вдруг вернулось чувства стыда, оттого что она, если уж смотреть действительности в глаза, Сергеем попросту воспользовалась для решения собственной маленькой проблемы. Выбрала его на почетную роль «дефлоратора» по отзывам более опытной подруги.
Картина получалась некомильфо: Кира свой первый вибратор выбирала с меньшим цинизмом. Наверное, говорить об этом прямо и без утайки было не только грубо, но и во многом непродуктивно: разве объяснишь мужчине, насколько девственность временами мешает проще относиться к общению с парнями, как сильно понимание собственной неопытности влияет на самооценку и решительность?
Впрочем, врать Кира тоже не собиралась. Часть правды была вполне достойной.
— Я почувствовала, что могу тебе довериться, — сообщила она наконец самым непринужденным тоном. — Ты, знаешь ли, внушаешь какое-то такое чувство надежности и… — Она выдержала таинственную пазу, прежде чем с со смехом, утаивающим неловкость, произнести: — …Сексуальности.
Сергей вздернул бровь.
— Сексуальности?
— Ага. — Кира начала краснеть. — От тебя, правда, веет чем-то таким… Магнетическим.
— Поверю тебе на слово. — Он покачал головой. Смотрел при этом весело и чуточку самодовольно, наверняка наслаждаясь и смущением Киры, и неожиданно полученной похвалой. — Ты что же, с одного взгляда все сразу поняла?
По его тону было затруднительно оценить, он подначивает ее сейчас или искренне интересуется, но, поразмыслив, Кира решила ответить честно. Не хотелось, чтобы Сергей считал ее беспечной дурочкой, готовой без всякой мысли подсесть к незнакомому мужчине и уехать с ним в ночь, да еще и девственницей.
Упоминать Марго, без участия которой Кира никогда не подошла бы к Сергею сама, как достоверный источник проверенной информации о его надежности и безопасности казалось невозможным, неловким и нелепым. Даже совсем не нужным, потому что она хорошо помнила свои ощущения в первые минуты их беседы за столиком в баре. Ни о Марго, ни о ее словах Кира тогда уже не думала, заинтригованная и завороженная.
— Не со взгляда, конечно, — фыркнула она. — Просто ты меня заинтересовал, и я как бы бросила себе вызов. Мол, смогу подойти к мужчине сама. — Сергей восхищенно присвистнул, и Кира толкнула его в грудь ладонью, которую он тут же перехватил своей и уже не отпускал на протяжении разговора, нежно поглаживая кончики пальцев, тыльную сторону и запястье.
Тело от этой незатейливой ласки плавилось, превращаясь в одну сплошную мурашку, а мысли сбивались с пути. Желание замолчать и, расслабившись, просто утонуть в объятиях, росло как на дрожжах.
— Ну так что там с твоим пари с собой? — полюбопытствовал Сергей, и Кира была вынуждена очнуться от приятного транса.
— Да ничего особенного. Я ведь подошла, — заметила она с гордостью в голосе. — Целью было — завязать разговор и не слиться. С тобой это оказалось легко. Ты меня заинтересовал.
Его прикосновения к ее ладони остановились.
— Ты тоже меня заинтересовала, — заметил он серьезно, а после притянул ее руку к губам и поцеловал запястье, как тогда, в баре.
Киру пробила дрожь — и от бездонного желания в его глазах, и от опалившего кожу жара дыхания.
Был конец декабря. Москву то заваливало снегом, то заливало дождем, и Кира гадала, какой же погоды ждать тридцать первого декабря. Мечталось, конечно, о сказочной белой пелене за окном, но по всем прогнозам ожидался тропический ливень. В декабре. Да.
