Я снова увидела его. Снова увидела императорского палача. Его теперь хорошо знают на севере страны. Я видела, как он убивает людей. Я видела, как он отсек голову губернатору Ваню, и при этом у него на лице не дрогнул ни один мускул. Он убил также и старшего сына губернатора, потому что парень был наркоманом. Потом он убил еще нескольких мужчин. Они так накурились опиума, что не могли двигаться и не успели спрятаться от него. Он просто вошел в дом и убил их всех.
Я видела это. Я наблюдала за ним из женской комнаты. Он не вошел сюда. Говорили, будто женские слезы могут его разжалобить. Поэтому мы остались в живых.
Он перерезал этим мужчинам глотки и, назвав их бездельниками, сказал, что их женам будет легче жить на свете, если они не будут тратить все деньги на опиум. Он убил их. Я думаю, что он сделал это, потому что знал, что все они либо торгуют опиумом, как губернатор Вань, либо являются наркокурьерами. Он просто не поверил в то, что женщина тоже может заниматься этим грязным делом.
Ну и насмешил же он меня! Женщины — это основная сила, на которой держится весь этот мерзкий бизнес. Некоторые из них приходят в него по доброй воле, а некоторых заставили заниматься этим делом.
Я ненавижу все это! Ненавижу! Ненавижу!
Но я не могу остановиться. Это просто выше моих сил. У меня есть ненависть, но нет силы.
Однако сейчас я уже смогу это сделать, ибо я видела его. Я видела, как императорский палач вырезал сердце несчастного губернатора. Многие думают, что самую главную опасность представляют руки этого человека, которые искусно управляются с двумя большими ножами с рукоятками из оленьего рога. Но это не так.
Самая большая опасность таится в непроницаемой темноте его глаз.
Мне никуда не деться от этих глаз. Каждый раз, когда я беру опиум или зажигаю трубку — даже в тот момент, когда просто думаю об этом, — я вижу его глаза.
Он — ангел смерти для тех, кто продает опиум. Если я все время буду вспоминать его глаза, то смогу остановиться.
Уже прошла целая неделя, а я не выкурила ни грамма. У меня дрожат руки, печет в животе, но я даже не притронулась к опиуму. И больше никогда не притронусь.
Потому что я вижу перед собой глаза палача.
<p>Глава 18</p>Очертите его тремя кругами
И глаза закройте в благоговении священном,
Потому что вскормлен он нектаром
И молоком райским.
Сэмюель Тейлор Коулридж. Хан Кубла, или Образ мечты.— Значит, это и есть мой новый зять?
Чжи-Ган резко сел на кровати. Лежавшая рядом с ним Анна вздрогнула от неожиданности и испуганно вскрикнула.
