Чжи-Ган спустил одну ногу с кровати и прищурился. Когда же его зрение несколько прояснилось, он замер от неожиданности, увидев, словно в тумане, печальную картину. Уже наступило утро. Они с Анной, совершенно голые, лежали на кровати, а с обеих сторон от их ложа стояли незнакомые мужчины. Один из них, огромный китаец, держал в руках ножи Чжи-Гана с рукоятками из оленьего рога. Другой, белый мужчина средних лет с длинными седыми усами, презрительно ухмылялся. И наконец, третий, жилистый китаец, с равнодушным видом поигрывал пистолетом.
Почему он не слышал, как они вошли? И где его очки?
Чжи-Ган смерил взглядом мужчину, который стоял к нему ближе всех и, язвительно улыбаясь, угрожал ему его же собственными ножами. Этот сукин сын делал вид, что он не знает, как управляться с отточенными, стальными клинками. Хотя он сжимал руками не середину рукоятки, его пальцы, тем не менее, лежали совершенно правильно и он в одно мгновение смог бы поменять хватку. Чжи-Ган старался ничем не выдавать своей злости, поскольку понимал, что этот мужчина хорошо владеет ножами и разоружить его будет непросто.
— И какая же ты у него по счету жена, Анна? — растягивая слова, медленно произнес белый мужчина. — Шестая или седьмая?
Краем глаза Чжи-Ган увидел, что Анна подняла голову.
— Я его единственная жена, — с достоинством ответила она.
Чжи-Ган вздрогнул. Это было не совсем так, но он не располагал временем, чтобы пуститься в обстоятельные объяснения. Приемный отец Анны, Сэмюель, презрительно засмеялся.
— Сомневаюсь в этом, дочь. Искренне сомневаюсь.
Чжи-Ган вскочил с кровати, совершенно не стесняясь своей наготы. Хотя для китайца он был довольно высокого роста, белый мужчина оказался не ниже его, а громила, поигрывал ножами, и вовсе гораздо выше.
— Выйдите из нашей спальни, — с холодным высокомерием произнес Чжи-Ган. Этому он научился у самого императора. Потом он схватил покрывало и набросил его на Анну. Она закуталась в него, оставив свободными ноги.
Посмотрев на нее, он невольно порадовался. Другая женщина на ее месте стала бы кричать и биться в истерике, но его жена не опустится до подобных глупостей. Она уже подтянула под себя ноги, приготовившись отражать нападение. Однако никакого нападения не будет. Чжи-Ган подошел к белому мужчине и пристально посмотрел на него. Он увидел, что этот мужчина далеко не молод — вокруг рта залегли глубокие морщины, да и спина заметно сгорбилась. Это уже было кое-что.
— Подождите за дверью, пока мы оденемся, — приказал Чжи-Ган. — Попросите принести вам чай и клецки.
Сэмюель слегка откинул голову и скрестил руки на своей широкой груди.
— Уверяю вас, что моя дочь привыкла к тому, что в ее спальне постоянно толпятся мужчины, — ухмыльнувшись, сказал он.
— Это неправда! — крикнула Анна, покраснев от стыда.
— Меня не интересует, что было в прошлом, — заявил Чжи-Ган, раздраженно взмахнув рукой. — Меня интересует только настоящее и будущее. — И, понизив голос, он добавил: — Или вы немедленно уйдете, или я, несмотря на настойчивые просьбы моей жены, найду себе других поставщиков.
Сэмюель, окинув Чжи-Гана холодным взглядом, процедил сквозь зубы:
— Или я прикончу тебя за то, что ты убил Половинку.
— Половинка был… — начала Анна, но Чжи-Ган жестом заставил ее замолчать.
— Этот идиот посмел прикоснуться к моей жене, — сказал он. Вспомнив об этом, он почувствовал, как в нем закипает злость. — Если бы вас это действительно волновало, то я был бы уже мертв. — Чжи-Ган, как и Сэмюель, скрестил на груди руки. — Уходите немедленно, иначе вы больше никогда не увидите ни вашу дочь, ни меня. Я найду себе других компаньонов.
Сэмюель огляделся по сторонам, а потом пристально посмотрел на Анну.
— Для меня это не новость. Я уже давно контролирую провинцию Цзянсу.
— Губернатор Бай мертв! — взволнованно крикнула Анна. — Его убили за то, что он крал деньги, — добавила она и, повернувшись, посмотрела на Чжи-Гана. — Теперь он новый губернатор, и тебе придется заключить с ним новый договор.
Разозлившись, Сэмюель двинулся прямо на нее.
— Ты смеешь угрожать мне после того, как сбежала с целым мешком товара?
Анна вздрогнула, но при этом ее голос звучал довольно жестко:
— Мне нужно было скрыться. За мной гнался палач.
Сэмюель выругался и сплюнул.
— Но я еще никогда не возвращалась к тебе с пустыми руками, — напомнила она, а потом едва слышно добавила: — И ты это знаешь так же хорошо, как и я.
Сэмюель недовольно скривился.
— Твой муж — новый губернатор этой провинции. Гм. Посмотрим, что из этого выйдет. — Он перевел взгляд на Чжи-Гана и сказал: — Я буду в кабинете. Поторопитесь. Я не люблю ждать. — Плотно сжав губы, Сэмюель повернулся и вышел из комнаты. За ним двинулись его люди. Последним шел мужчина, державший в руках ножи Чжи-Гана.
Чжи-Ган подождал, пока за ними закроется дверь, и, повернувшись к своей жене, спросил:
— С тобой все в порядке?
Анна кивнула и, протянув руку, схватила свою одежду.
— А с тобой?
