Непокорная ведьма полностью

– Если армия Сорена будет на ее стороне, если она успешно воскресит сестер, никто не посмеет перечить Крессиде.

– То есть ничего нельзя сделать, – сказала Руна. Руки у нее были полностью закованы в железные кандалы, и ладони чесались.

– Я бы так не сказала, – возразила Серафина, и глаза ее блеснули в полумраке. – Если удастся скомпрометировать Крессиду, например лишить ее поддержки Сорена или иным образом ослабить, будет гораздо проще выявить несогласных.

Руна вспомнила план Гидеона: выследить и убить последнего наследника Роузбладов. Это стало бы серьезным ударом по планам Крессиды.

– Ты можешь избавиться от меня.

Серафина скривилась.

– Я не это имела в виду.

А жаль. Могло сработать.

– Я могу рассказать Сорену правду: что Крессида собирается убить меня, а вовсе не замуж за него выдавать.

Проблема заключалась в том, что Сорена Руна не видела с тех самых пор, как они с Гидеоном сбежали и сели на «Аркадию». Она знала, что Сорен где-то на острове – Крессида попросила его вместе с солдатами прочесать поселения вокруг города и разбить лагеря по периметру, чтобы Кровавая гвардия не смогла напасть внезапно.

Как подозревала Руна, Сорен даже не знал, что его невеста тоже тут, да еще и в качестве пленницы. Что Крессида обманула его, заявив, будто Руна все еще у похитителей, у охотников на ведьм.

– Крессида поквитается с тобой, и все, – заметила Серафина, и Руна снова вспомнила порку. Удары. Кровь.

На лбу у нее выступил пот. Руна поежилась от неприятного ощущения, и цепи, лежавшие у нее на коленях, тут же звякнули.

– Куда лучше было бы уничтожить тела Эловин и Анали́з.

– Вот только никто не знает, где они, – заметила Руна.

То был один из самых охраняемых секретов Крессиды.

– Подобное заклинание необходимо постоянно обновлять. Крессида несколько месяцев не была на острове. Ей придется либо обновить чары, либо наконец воскресить сестер. Думаю, скоро она туда отправится. И когда это произойдет, она возьмет тебя с собой.

Руна кивнула. Она знала, что дни ее сочтены. Крессида хотела вернуть сестер, а Руне была отведена ключевая роль в их воскрешении.

Она давно попыталась бы сбежать, если бы не оковы, не заклинания и не постоянный надзор ведьм, которые ее охраняли.

– Со дня на день прибудет Сорен. Как только он вернется, я расскажу ему правду.

Если доживу до этого момента.

Как только принц узнает, что Крессида собирается убить Руну, он тут же переправит невесту в безопасное место.

– А если она удерживает его подальше как раз во избежание подобного? – спросила Серафина.

Некоторое время Руна молча вглядывалась в ночные окна. Она была в шаге от отчаяния. Разумеется, именно поэтому Крессида и отослала Сорена.

– Ждать принца нельзя, – решила Серафина.

– У тебя есть план получше? – Руна слегка подняла руки, напоминая о статусе пленницы. – Я вот нахожусь именно там, где нужно Крессиде. За мной по пятам, не отходя ни на шаг, следуют две ведьмы, не говоря уже о заклинаниях, из-за которых я заперта в своих комнатах.

– Вообще-то, – заметила Серафина, – у меня на самом деле есть план получше.

Под потолком сверкали люстры, слуги открывали все новые бутылки, вино лилось рекой. Банкетный зал купался в золотистом свете. Придворные Крессиды смеялись и сплетничали за столами в ожидании начала показательных процессов.

Каждый вечер за ужином сюда приводили врагов Крессиды, чтобы те умоляли сохранить им жизнь.

Руна разглядывала шикарное помещение. Ведьмы были разодеты в пух и прах, а ели из золоченых тарелок. Пировали, как будто Крессида уже победила. Как будто она всегда была королевой.

Неужели все и правда оказалось настолько просто? Или это лишь тщательно продуманное представление?

Если бы завтра сюда ворвалась Кровавая гвардия, был бы у солдат шанс? Или они потерпели бы поражение?

Руне не хотелось выяснять. Она беспокойно сжимала пальцы, выжидая, когда Серафина подаст знак. Сегодня они намеревались привести ее план в исполнение. Руна старалась не думать о том, что будет, если ее поймают, какую цену ей придется заплатить. Уродливые болезненные шрамы на спине служили прекрасным напоминанием.

Вскоре после начала пиршества солдаты приводили пленников, пойманных за день: членов Трибунала, военных из Кровавой гвардии, всех, кто работал на Доброго командира, кого-нибудь из министров. Каждого заставляли встать на колени перед столом Крессиды в ожидании приговора.

Одни ведьмы даже откладывали приборы, чтобы посмотреть, другие продолжали разговаривать. Они пробыли во дворце меньше недели, а многим уже надоели ежевечерние представления.

Все это напоминало Руне частные чистки – те редкие случаи, когда ведьм притаскивали на ужин в богатый особняк и убивали, пока гости наслаждаются чашечкой кофе после сытной трапезы.

«Мы по-прежнему в аду, – подумала она. – Просто в западню попадают то одни, то другие».

Заключенные молили сохранить жизнь им или кому-то из родных – супругам, детям, – а ведьмы потягивали вино и ели десерты. Без капли беспокойства.