Гидеон сидел на полу, прижавшись спиной к холодной каменной стене. Вокруг была непроглядная темнота камеры. Он не знал, сколько прошло времени с тех пор, как на заре к нему спустился один из гвардейцев и сообщил, что казнь состоится через несколько часов. В подобном месте отслеживать течение времени было непросто. Гидеон пробыл здесь неделю и научился считать дни по тому, сколько раз открывалась дверь в камеру (гвардейцы приносили ему воду и хлеб – сначала на рассвете, потом на закате). Но вот минуты? Часы? За ними уследить было попросту невозможно.
Единственное, что он знал точно, – сидеть в камере ему осталось недолго. Его ожидал расстрельный отряд.
Гидеон был самым скверным существом в республике, тем, кого здесь не терпели, – сочувствующим ведьмам. Даже хуже того, он был
И за это ему предстояло заплатить.
В замке повернулся ключ, и у Гидеона оборвалось сердце.
Дверь открылась, хлынувший в камеру свет на время ослепил его, и не успел Гидеон разобрать, кто из стражников пришел за ним, как на голову надели капюшон.
– Пора идти.
Гидеон напоминал себе, что вся его семья уже мертва, так что он просто присоединится к родным.
Но если так, почему его сердце стучало не хуже барабана?
Он не сопротивлялся. Не пытался отбиться от гвардейца, ведь на смену одному тут же ринутся десять. Так или иначе, его одолеют.
Гидеон позволил вздернуть себя на ноги.
Стражник, не снимая оков, повел его прочь из камеры. Гидеон ничего не видел из-под капюшона. Внутри расползался страх, и с каждым шагом он становился все сильнее.
Загремели тюремные ворота, и он попытался отвлечься от мыслей о неминуемой смерти. Большая ли собралась толпа снаружи? Весь ли город явится посмотреть на казнь героя революции? Многие ли будут ликовать, когда Гидеон Шарп, защитник республики, умрет от руки этой самой республики?
А главное, стоило ли оно того?
Стоила ли того
Мысль о ней помогла ему собраться с духом.
Земля задрожала под ногами Гидеона.
Он на мгновение остановился, пытаясь удержать равновесие.
Что за…
Вся тюрьма вокруг тряслась.
– Что это было?
Никто ему не ответил. Гвардеец ускорил шаг и потащил пленника вперед под аккомпанемент испуганных криков и торопливых шагов.
Оказавшись снаружи, гвардеец куда-то свернул – видимо, в тихий переулок – и толкнул его к стене. Лишь впечатавшись в кирпич, Гидеон осознал, что никакой публичной демонстрации не будет.
Его казнят тихо и быстро, в каком-то переулке.
Пульс грохотал в ушах. Он ждал выстрела.
Вот только стрелять никто не стал. Вместо этого с него сдернули капюшон, и в глаза хлынул солнечный свет. Гидеон заморгал, пытаясь освоиться.
Она была в форме и, судя по ее виду, несколько дней не спала и не переодевалась. В руке у нее было железное кольцо с ключами.
– Что происходит?
– Будешь мне должен. – Она шагнула ближе и начала расстегивать кандалы. Повернулся ключ, раздался щелчок, и цепи упали на землю.
Подпрыгнув, оба повернулись. Лейла увела их подальше от главной улицы, подальше от дворца, где теперь царил хаос: перепуганная толпа брызнула во все стороны, туда-сюда в панике носились солдаты, а взрывы все не стихали.
–
– Пушечный огонь. – Лейла вложила ему в руку пистолет. – На нас напали.
– Кто? – Гидеон проверил оружие, удостоверился, что заряжено. – Сорен?
Лейла оглянулась на вакханалию.
– Еще не знаем. Все только началось.
Руна должна была разрушить альянс. Раз явился Сорен, раз по городу палят из пушек, значит, Руна не выполнила свою часть сделки.
Не расторгла помолвку с принцем.
Вокруг дрожали здания, и Гидеон, сжав пистолет, принесенный Лейлой, двинулся по направлению к залпам.
– Давай выясним.
Чем ближе они были к гавани, тем громче гремели пушки. Вскоре к ним прибавились звуки перестрелки. К тому моменту, когда Гидеон с Лейлой оказались достаточно близко, чтобы увидеть само сражение, причал полыхал, небо затянуло дымом, а здания рушились под пушечным огнем подобно карточным домикам.
Солдаты республики же, вместо того чтобы бежать к берегу, рванули прочь от него.
Гидеон перехватил одного из них.
– Ты что делаешь? – Он встряхнул гвардейца за отвороты мундира. – Твой долг – защищать город.
– Это… это армия призраков, сэр. – Лицо у парня было белым как мел. Перепуганный, он барахтался, пытаясь стряхнуть хватку Гидеона. – Они… они перебьют нас!
Гвардеец вырвался и бросился наутек.
Лейла остановила еще одного мужчину в форме.
– Что происходит? Насколько нас превосходят их силы?
Солдат сжимал свою руку, и через ткань униформы проступала кровь. Его явно подстрелили.
– Сложно сказать. – Он поверхностно дышал, но все же продолжил: – Их не видно. Только чувствуешь пули. Их скрывают заклинания ведьм. Мы даже не знаем, куда стрелять.
Он тоже побрел прочь и только крикнул напоследок:
– Бегите. Всем велели отступить.
Лейла взглянула на Гидеона.
Куда отступать, когда твой враг невидим?
– Надо сказать Ною.
Гидеон скривился.
