Непокорная ведьма полностью

Гидеон вопросительно изогнул бровь, указывая подбородком на потолок.

Не хочешь проверить, что там?

Может, какой-нибудь неуклюжий солдат пакует вещи Ноя.

А может, в одной из спален притаилось нечто куда более зловещее.

Лейла схватила фонарь и решительным шагом пересекла комнату.

– Тот шум… ты его тоже слышал? – Она взглянула на потолок, но сверху не доносилось ни звука.

Гидеон кивнул.

– Может, бандит?

После нападения Крессиды особняки то и дело грабили, причем не только армия Сорена, но и обычные воры, которые надеялись набить карманы ценными предметами. Однако, судя по тому, как нахмурилась Лейла, бандиты ее не волновали. Она боялась чего похуже.

– Я знаю дом лучше тебя, – заметил Гидеон. – Возьми меня с собой.

Лейла внимательно разглядывала его в свете фонаря. Может, она и доверяла ему больше, чем остальным солдатам, но ненамного.

– В мои планы не входит сбежать и присоединиться к Крессиде, – заметил Гидеон. – Я скорее утоплюсь в море.

Лейла глубоко вздохнула.

– Ладно. – Она повернулась к Феликсу и протянула руку: – Я забираю заключенного. Дай мне ключи.

Лейла исполняла обязанности капитана, так что Феликс подчинился. Говоря по совести, он, казалось, испытал облегчение, передав ей заключеннного.

Лейла сняла кандалы, и Гидеон вслед за ней направился вверх по лестнице – на второй этаж. Газовые лампы не горели, и главный коридор был объят темнотой.

– Я начну с дальнего конца, – предложил Гидеон. – Если ты начнешь здесь, мы встретимся посередине.

Лейла кивнула и открыла дверь первой спальни. Фонарь она забрала с собой.

Гидеон тихо прошел по темному коридору. Ближе к концу миновал и дверь в спальню Руны.

Еще внизу он примерно прикинул, откуда доносился шлепок. Судя по всему, примерно отсюда. Однако, даже зная планировку дома, Гидеон руководствовался скорее чутьем, интуицией.

Казалось, внутренний голос нашептывал ему, куда идти.

Гидеон вошел в спальню Руны.

Комната до сих пор хранила ее запах. Аромат ветра, моря и дождя – дикий и неукротимый. Гидеон вдохнул полной грудью.

В окна лился лунный свет, позволяя быстро обыскать комнату. Гидеон обшарил шкафы, заглянул под кровать, но там никого не было, лишь половицы скрипели под его весом.

Гидеон уже собрался уходить, как вдруг вспомнил про искусственную стену.

Он повернулся и окинул ее внимательным взглядом.

За стеной находилась комната для колдовства. В свое время, обнаружив ее, Гидеон осознал, что Руна и есть Багровый Мотылек.

Гидеон провел рукой по обоям, выискивая трещину, а когда нашел, надавил – и услышал, как щелкнул замок.

Дверь отворилась.

В ноздри ударил запах только что затушенной свечи.

Попался.

Гидеон шагнул в комнату…

…и тут же получил тупым предметом по голове.

Руна швырнула подсвечник на пол и бросилась наутек. Солдат выругался и бросился за ней. Цепкие пальцы сомкнулись на ее ноге, и Руна упала, больно приземлившись на локти.

Они боролись в темноте: гвардеец пытался прижать Руну к полу, а она отчаянно сопротивлялась.

Ей удалось пнуть его по лодыжке. Он выругался и на мгновение отпустил ее. Получив преимущество, Руна тут же уселась на него сверху и прижала украденный нож к горлу. Схватка вымотала ее, она едва переводила дух.

Гвардеец замер.

Руна знала: чтобы выбраться, ей придется его убить, иначе солдат позовет на помощь.

Сегодня я уже убила человека. Одним больше, одним меньше, какая разница?

Вот только она так и не смогла заставить себя опустить лезвие и перерезать горло.

– Ну что? – зарычал он. – Чего ждешь? Убей меня, и дело с концом.

Руна застыла.

Она знала этот голос.

И он был как бальзам на сердце.

– Гидеон? – прошептала она, едва сдерживая слезы.

Он, казалось, перестал дышать.

Живой.

– Это я, Руна.

Она убрала нож, и в ту же секунду ее перевернули на спину. Руна поморщилась, чувствуя, как из ран снова пошла кровь.

– Докажи. – Он прижал холодный кончик лезвия прямо к сердцу Руны и, казалось, готов был вонзить нож ей в грудь. – Докажи, что ты на самом деле Руна, а не просто ведьма, укравшая чужой голос.

Тело его дрожало подобно сжатой пружине.

Но ведь это был Гидеон. Руна его не боялась. Совсем наоборот, ей хотелось обнять его и больше никогда не отпускать.

Обнаружить его было чудом, как и то, что он до сих пор был жив.

Что он вообще делает в Уинтерси?

– Когда мы виделись в последний раз, – зашептала она, – я пыталась украсть яблоки из твоего шкафа. Ты спросил, буду ли я скучать по тебе. А я сказала, что нет.

Он судорожно выдохнул.

– Врунья. – Гидеон убрал клинок и склонился, коснувшись лбом лба Руны. – Ты сказала, что будешь скучать по мне, как лиса скучает по волчьей пасти.

– То есть ни капельки.