– Что-то мне подсказывает, что королева-ведьма отдаст мне все что угодно, чтобы получить назад свою шлюху. – Ной ухмыльнулся и повернулся к Феликсу. – Отведите его вниз и посадите на коня. Когда ведьма будет мертва, мы отправимся в Лежбище.
– Есть, командир.
Как только Ной вышел из комнаты и направился в темный коридор, Феликс с товарищем подхватили Гидеона под руки, намереваясь последовать за ним. В эту самую минуту Феликс вложил Гидеону в ладонь какой-то маленький предмет – холодный, твердый, и тонкий.
Ключ от оков.
Гидеон покосился на Феликса, но тот смотрел прямо перед собой и вместе с напарником тащил Гидеона по темному коридору.
От неожиданного подарка у Гидеона потеплело на душе.
И он принялся за работу.
Под покровом темноты Гидеон сунул ключ в замок. При ходьбе цепи немного звенели, прекрасно заглушая звук открывшихся оков.
В одно мгновение Гидеон стряхнул кандалы, и цепи с грохотом упали на пол.
Товарищ Гидеона удивленно повернулся, но у него не было шанса опомниться. Гидеон схватил пистолет паренька, оттолкнул самого гвардейца с дороги и бросился вперед.
– Эй! Остановите его!
Гидеон слышал, как зашевелились солдаты впереди, но в коридоре было темно, видели они плохо, так что у Гидеона было преимущество.
Он пронесся мимо гвардейцев и на лестнице нагнал Ноя. Добрый командир повернулся, и при виде Гидеона глаза его удивленно распахнулись. Гидеон схватил Ноя за мундир, толкнул к стене и со всей силы врезал кулаком по лицу.
А потом еще раз.
И еще.
Костяшки пальцев обжигала боль, но Гидеону не было дела до боли. Он потряс рукой, наблюдая, как Ной сползает на пол. Ему ужасно хотелось закончить начатое, но Руна была в опасности, и ее надо было спасти.
В этой части особняка были окна, и лунный свет давал солдатам позади Гидеона неплохой обзор. Едва он сбавил шаг, они принялись стрелять, но Гидеон перемахнул через перила лестницы, и ни одна пуля его не задела.
Толкнув плечом переднюю дверь, он выскочил на улицу, отчаянно надеясь, что не опоздал, что Руна еще жива.
Дом ходил ходуном от криков – Ной поднял тревогу, но к этому моменту Гидеон уже оббежал дом.
Он повернул в сады и застыл при виде открывшейся картины. Руна стояла на коленях, а Лейла целилась в нее из пистолета. Казалось, она вот-вот выстрелит.
– Лейла! Нет!
Лейла не ожидала окрика, вздрогнула, и ночной воздух прорезал выстрел. Гидеон посмотрел на Руну – она была цела и невредима, хоть и сбита с толку.
Выстрел пришелся в пустоту.
Лейла вытащила второй пистолет и навела прямо на Гидеона.
– Ты что, из ума выжил, черт тебя подери? – закричала она. На лице ее читалась неприкрытая ярость.
Гидеон поднял руки, пытаясь показать, что он для Лейлы не угроза.
– Нельзя одержать победу таким способом.
Лейла тяжело дышала, грудь ее ходила ходуном, но она не перестала целиться.
– Лейла…
– Заткнись, Гидеон.
По дому эхом разносились крики. Скоро сюда хлынут солдаты, и все будет кончено. Со связанными руками Руна не наложит ни одно заклинание, а Гидеон не сумеет в одиночку одолеть несколько десятков солдат, учитывая, что многих из них он сам же обучал.
Лейла оглянулась на дом.
– Лейла…
– Я сказала,
Гидеону хотелось обнять Лейлу, но вместо этого он схватил Руну за руку и рывком поднял с земли.
– Спасибо, Лейла.
Они с Руной бросились бежать, но Гидеон слышал, как Лейла кричит ему вслед:
– Ты теперь дважды мой должник!
Руна лавировала между ухоженными кустарниками и деревцами, направляясь к более заросшей части садов. Они уже почти добежали до калитки, когда в них начали стрелять, да так, что только пули свистели.
Гидеон подсадил Руну и помог ей перебраться на другую сторону, потом прыгнул сам. Все это время он закрывал ее от солдат собственным телом. Он не мог допустить, чтобы девушка пострадала в перестрелке.
Они побежали через луг, но со связанными руками Руна двигалась медленнее обычного. Когда она споткнулась в первый раз, Гидеон помог девушке встать, и в этот самый момент в плечо ему попала пуля. Стиснув зубы, он подавил стон. Руку прошила боль.
Они побежали дальше.
Когда Руна споткнулась во второй раз, их настигла вторая пуля – угодила Гидеону в бедро, так что он подхватил Руну на руки и бросился вперед, не сводя глаз с замаячившего впереди леса. Руна не сопротивлялась. Вспоминая тот момент, Гидеон всегда удивлялся, почему его это не насторожило, как он сразу не понял, что с ней что-то не так. Руна просто подчинилась, прижалась щекой к его груди и обмякла в его руках.
Вскоре и плечо, и бедро Гидеона начали пульсировать от жара и боли. Он чувствовал, что замедляет шаг.
У него было кровотечение, он уже потерял слишком много крови.
