– Света, ты меня видишь? Я тут! – проговорила она, помахав рукой.
Я досадливо покачала головой: никуда не деться от неприкаянной души. Но её можно понять – тело-то её, а я своё потеряла.
– Глядите на меня! – потребовал генерал.
Я вздрогнула от силы мужского голоса и направила взгляд на генерала.
Вот тиран! Сидит, приказы отдаёт, мундир свой принёс. Боюсь представить, какой грубый он в постели с женщиной! Хотя… поцелуи грубыми не были… Нет-нет, опять я поддаюсь слабости, наверное, потому что давно, очень-очень давно, мужчины не было. А ведь этот генерал ещё больший мужлан, чем мой бывший, что я в нём нашла?!
– О случившемся переселении душ придётся молчать, – продолжил Скарсгард, закинув ногу на ногу. – Теперь вы моя жена. Будете жить здесь, под магическим куполом, который защитит вас от инквизиции, и будете исполнять все обязанности, которые положены жене дракона.
Всё звучало вроде бы логично: у меня его родовая сила, я его жена, и в их мире приняты такие порядки. Но за исключением одного. Женился-то он на другой! А меня никто не спрашивал, хотела ли я замуж!
– Мы подтвердим брак, как только вы будете в состоянии. Вы родите мне наследника, дальше будете содержаться в уединённом замке, – излагал дальше свой план Скарсгард.
– Света, ты же обменяешь нас обратно? – прошептала Каролайн, вся в слезах. – Не оставляй меня на погибель, пожалуйста-а-а…
Жалко мне всё-таки было глупенькую девчонку, и от её мольбы сжималось сердце.
– Почему вы снова не глядите на меня?!
Похоже, он думает, я должна благодарно глядеть ему в рот за подаренную жизнь. А у меня руки чесались ударить его тяжёлым подсвечником и объяснить, что так предложения девушкам не делают. Какое ещё содержание в уединённом замке?! А где цветы, обещание любить и заботиться?
Но я покачала головой, мол, смотрю на вас, всё в порядке. Сейчас лучше не пререкаться, а тайно обдумывать свой путь к свободе.
Каролайн стенала в отражении бокала, плакала и молила не забыть про неё. Это уже порядком действовало на нервы, но я не могла на неё ни прикрикнуть, ни подать знак замолчать. Я отставила вино на стол и недовольно шикнула.
– Что там такое?! – спросил Скарсгард, проследив за моим взглядом.
Глаза его хищно блеснули. Он поглядел на бокал, затем на меня.
– Вы общаетесь с душой Каролайн?
Лгать было бесполезно, и я кивнула:
– Да.
Взгляд Скарсгарда потемнел, хотя, казалось, куда ещё темнее! В эту же минуту он схватил бокал и с громкий звоном разбил его вдребезги. Вид у мужчины был очень страшным.
От испуга я даже подпрыгнула.
– Предательница! – проскрежетал он. – Никаких контактов с ней, Света! Я запрещаю! Она приходит к вам в отражениях?
– Вы можете нормально разговаривать? Более мирно, спокойно?
– Я полжизни провёл в боевой армии, – понизил голос Скарсгард. – По-другому не умею. Отвечайте на вопрос. Вы общаетесь с Каролайн в отражениях?!
– Да, она приходит ко мне в отражающих поверхностях и просит помочь. Её обманули, Георг! Мэтр Кальберт хотел и её, и вас убить. И письма соблазнительные это он вам составлял…
– Я уже это выяснил. И знаю, что Каролайн участвовала в заговоре! – грозно ответил Скарсгард. – Её дальнейшая судьба больше не должна вас беспокоить!
– Но она юная совсем, ей голову политикой заморочили. Вы не можете её просто бросить умирать!
– Ещё одно слово о Каролайн, и я посчитаю, что вы с ней в сговоре! – строго сказали мне, нахмурив красивые до невозможности чёрные брови.
Я облизнула губы от негодования. Внутри всё кипело.
– Госпожа Фридрихсон уберёт все отражающие поверхности в ваших покоях! И за их порог вы не выйдете! – мрачно добавил Скарсгард.
И этим совсем добил меня своей чёрствостью и бездушностью. Я уже не смогла сдержаться.
– Ну, всё, хватит уже приказы раздавать, товарищ генерал!
Георг изогнул бровь, как делают, когда сильно-сильно удивляются. Ещё бы! Вероятно, таким тоном с ним никто и никогда не разговаривал.
Я тут же пожалела о сказанном. Одно моё неловкое слово, один непокорный взгляд, и в моё тело вернут его хозяйку, а я вылечу в забытьё.
Нужно было бы извиниться и соглашаться со всем, что предлагают, но я просто не могла. Не могла быть прежней, молчащей в тряпочку и сносящей все неудобства. Пусть я умру, отстаивая себя, зато умру орлицей, а не мышкой!
И я встала с кресла.
Ох, что же я творю?!
– Георг, вы выдвинули мне свои требования, кем я буду для вас и что вы от меня ждёте, – начала я. – Но ведь вы даже не спросили, согласна ли я быть вашей женой! А ведь у меня тоже есть свои желания!
Страшно. Было очень страшно, колени тряслись.
– Не важно, согласны вы или нет – вы моя, и это уже свершившийся факт, – покачал головой Георг, улыбнувшись уголком рта.
Ого, его ещё и забавляет то, что я перед ним распинаюсь!
– Меня тоже никто не спрашивал, согласен ли я взять в жёны вас, такую… – мужчина тоже встал. Обошёл вокруг меня, разглядывая словно лакомый пирог, и остановился напротив, сунув руки в карманы. – Такую дерзкую и своевольную. Жёны драконов в нашем мире не имеют даже права слова. Придётся перевоспитывать!
– Замучаетесь! Я не желаю быть вашей женой!