Георг мрачно поглядел на Бенедикта и не ответил. Положив деньги на стол, он приказал своим людям погрузить девушку в экипаж. Они отправились как можно скорее домой, в Милтон. Мэтр с девушкой и помощниками – в экипаже, а Георг – верхом. Хоть он и был опытным воином и видел смерть, но на бездушную девицу смотреть не мог. Девственица она или нет – ему плевать. Ему на неё вообще плевать, пока она не Света.
Когда прошли через Врата и оказались в другой провинции, мэтр Бенедикт вдруг попросил экипаж остановиться.
– Лорд Скарсгард, – сказал он ошарашенно. – Душа-то у девушки не отлетела!
– Что?! – рявкнул Георг, сойдя с коня и заглянув в карету. – Обманул что ли меня этот беззубый?!
– Он наложил заклинание, которое не дало мне определить наличие души в теле и истинные болезни этой девушки, – кивнул Бенедикт. – Но как только мы прошли Врата, заклинание спало. Девушка ещё жива, душа на месте, только больна она очень! С лестницы она не падала. болезнь у неё врождённая, смертельная, и моих сил тут недостаточно, нужен сильный маг-целитель. Такой, как ваша супруга.
– Едем в Милтон! – скомандовал генерал и вновь запрыгнул на коня.
Георга мучили терзания. Он осознавал, что если остановит экипаж и подождёт какое-то время, то душа девушки отлетит, и у его Светы будет тело. Но от этих мыслей на душе становилось погано, и Георг беспощадно шпорил коня. Нужно спешить. Света спасёт девчонку. А потом он поедет и вломит этому беззубому мэтру за обман. Наверное, он будет не первым, кто это сделает – зубов-то у него много не хватает! А после будет снова искать подходящую девушку… 58
В этот самый миг тяжёлых размышлений Георгу позвонил Фишер и сообщил, что получил приказ от мэтра Кальберта выступать с отрядом в Милтон для ареста попаданки-его жены!
В этот миг на голове Георга появилось много седых волос.
– Не смей прикасаться к жене! Я скоро буду! – ответил Георг.
– Я сделаю всё возможное, чтобы сдержать Кальберта, Георг, но он одержим! А у меня недостаточно полномочий, чтобы противостоять ему. Приезжай скорее! А что касается меня, то будь уверен, я твою Светлану не обижу, и если прикажут арестовать, дам ей лучшие условия и спрячу от врагов, пока ты не найдёшь выход.
– Спасибо, друг, – ответил генерал.
Потом был разговор с Карлом, который убедил, что всё под контролем, и Георг расслабился, вновь сосредоточившись на умирающей девушке, которую вёз в экипаже.
Но, как оказалось, расслабился рано.
Через несколько минут Фишер перезвонил и сообщил, что Света выехала в королевский дворец по своей собственной воле! Побеседовать с Алисией.
На голове генерала седых волос стало ещё больше.
Георг стал набирать Карлу и Сандерсу, но ни тот, ни другой не отвечали, и сердце готово было взорваться в груди.
Света! Света! Светочка! Что же ты творишь?! Погубишь своего генерала…
И тогда Георг снова связался с Фишером:
– Я передумал, арестуй мою жену, это мой приказ! Свяжи её! Пусть дождётся меня!
– Поздно, Георг… Она со своей стражей уже едет в экипаже во дворец. А стража твоя – звери, не подпустят меня к ней.
– Р-р-р! – прорычал генерал. – Ладно, сопровождай её, я поеду за вами. Скоро буду!
Георг приказал своим людям не сворачивать в Милтон, а немедленно ехать в столицу.
Выехав на ровную дорогу, генерал ещё раз вызвал полковника Сандерса, начальника своей стражи, и на этот раз удачно. Он наконец взял трубку.
– Ты разжалован! – рявкнул Георг.
– Согласен, ваша светлость, – промычал полковник.
– Где мо-я же-на?!
– Она тут рядом со мной, в королевском дворце. У неё всё в порядке, ваша светлость.
– Про ваше “в порядке” я уже слышал! Твою мать, почему не доложил, что она уехала?!
– Леди захватила меня в плен и отобрала переговорное устройство, ваша светлость.
– Р-р-р! Светочка! Ну, Светочка! – прорычал Георг, сходя с ума от разрывающих его эмоций. – Она точно в порядке?!
– Да. Она хочет побеседовать с леди Алексией.
– Проклятье! Я еду! Смотри там за ней! Разжалую – после.
– Есть, ваша светлость!
Как же сильно Георг хотел увидеть Светочку – внутри всё аж разрывалось от нетерпения. Хотелось сжать её в объятиях и не выпускать. Как же он за неё испугался! До сих пор сердце колотилось, как бешеное. Хотелось отшлёпать Свету и зацеловать – и неизвестно, что больше!
Въехав в столицу, Георг увидел цветочный прилавок и понял, что не может прийти к жене без букета, даже если идёт её ругать!
Когда уже поднимался по лестнице королевского дворца, то решил позвонить Свете по артефакту, чтобы подготовить к своему появлению, а то ведь и в обморок может упасть от страха бедняжка. И кого тогда отчитывать за непокорность?! Кого целовать? А кому дарить цветы?!
Георг поправил фуражку и толкнул дверь:
– Ну, здравствуй, жена моя непокорная!
– Ты хоть знаешь, что я чуть с ума не сошёл от беспокойства за тебя! – хрипло проговорил Георг, делая шаг навстречу.
Его глаза из-под козырька фуражки сверкали как два пламенных сапфира.
По телу прокатилась горячая волна. Сердце забилось, как у пташки, и заложило уши… нет, не от страха… от радости видеть перед собой любимого мужчину, даже если он очень зол.