– Я уже взрослый. Родители меня давно не контролируют, – Третьяков усмехнулся и щелкнул легонько мне по носу.
– Я, по-твоему, ребенок? Мы одногодки, если ты не забыл.
– Ты в моих глазах всегда будешь той самой бойкой девчонкой, которая когда-то решилась подружиться со мной, – он мягко тронул пальцами щеку, провел чуть ниже и хотел увлечь в желанный поцелуй, но я накрыла его губы ладонью, всматриваясь в глаза.
– Ты обещал мне дать время на раздумья.
– Понял. Не лезу, – выставив ладони, Юлиан улыбнулся и отошел от меня. Без него мгновенно стало холодно. К такому ведь и привыкнуть можно. – Я буду ждать, цветочек.
С нашего разговора прошло целых три дня.
Я появлялась в конюшне только ради того, чтобы ухаживать за Изабеллой, пусть за ней и приглядывал наш ветеринар. Она шла на поправку, но все же еще долго не сможет принимать участие в тренировках.
Анатолий Дмитриевич беспокоился не меньше моего, потому с каждым днем времени становилось меньше, а то, с какой лошадью мне тренироваться и участвовать в скачках, неизвестно.
Юлиан и Гордей продолжали прожигать друг друга взглядами, но до драк больше не доходило. А я же не лезла в это дело.
Но вот стоило мне перейти порог конюшни и увидеть разукрашенного Гену, я сразу поняла, что досталось ему куда больше, чем Третьякову. Тренеры сразу прознали про это и сделали обоим выговор. Но вот насчет того, что он без спроса взял чужую лошадь, еще и покинул территорию вместе с ней, а после бросил раненую возле ворот, пока никто не догадывался.
Я не знала, признается ли он сам или же Юлиан не выдержит и расскажет тренерам, но пока тот держал язык за зубами. Неужели все же из-за того, что они так долго общались, Третьяков не станет выдавать Гену? Я пока не понимала.
Изабелла уже была более радостной и с удовольствием поедала с моих рук сладкую морковь. Пыталась пару раз вставать, но удавалось с великим трудом из-за больной ноги. Но я была уверена, что она обязательно справится. Она ведь сильная.
А вот Демон уже прекрасно чувствовал себя в моей компании. Я не знала, как попросить Юлиана разрешить мне дать мустанга на время соревнований, ведь буквально вчера приезжал хозяин, чтобы договориться о том, когда он сможет забрать лошадь обратно к себе. Видела грустный взгляд Третьякова.
Но и я сама оставалась в непонятной ситуации. Тренеры пытались сделать все для того, чтобы мне найти новую лошадь, раз такое произошло. А я только пыталась улыбаться и радоваться хотя бы тому, что нахожусь в компании лошадей. Они меня приободряют.
Пока я разговаривала с Демоном, заплетая ему милые косички, в конюшню зашел Гордей. На его лице сияла улыбка, и я уже представляла, что же на этот раз он мне предложит или расскажет. Парень продолжал заваливать меня своим вниманием и выстраивать дружеский диалог.
Я поняла, что Филатов вполне неплохой, да и его шутки поднимают мне настроение. Он каждый день наблюдал за мной и даже предлагал вместо него сесть на его лошадь и прокатиться, но я любезно отказалась.
– О, ты здесь. Почему-то это неудивительно. Пришла понаблюдать за моей тренировкой? – он это говорил без какого-либо негатива, добродушно улыбаясь.
– Конечно. Только ради тебя прихожу сюда, чтобы поглазеть, – я показала ему язык и рассмеялась, рассматривая новую прическу Демона. Мустанга не волновало, что за красоту я творила на его густой гриве. Ему нравились манипуляции с расчесыванием, и он только был рад тому, что я тут провозилась около получаса, чтобы получилось несколько темных красивых косичек.
– Я так и знал.
– Надеюсь, ты больше не ругался с Третьяковым?
– Больно надо. Но меня напрягает, когда он начинает меня изучать, пока я тренируюсь, – Филатов недовольно цокнул.
– Вы соперники. Он ищет твои слабые места, и это нормально. Каждый, кто хочет победить, это делает. Или, возможно, он пытается понять, как ты так умело умеешь помыкать лошадью, что она даже не сопротивляется твоим командам.
– Годы тренировок. Секрета никакого нет.
– А вдруг. Кто тебя знает, – я улыбалась, любуясь красотой Демона. Поцеловала его в морду, поглаживая ладонями. Знаю, как ему это нра- вится.
– Кстати, я обещал, что мы обязательно прокатимся до речки. Я же тогда погулял, насладился лесом. Может, завтра махнем вместе?
– Почему бы и нет. Спрошу Аньку, может, ей уже получше стало, – я повернулась к Гордею, замечая, как он скривил лицо. – Что?
– Я хотел только с тобой.
Я непонимающе захлопала глазами. Он хотел остаться со мной наедине?
Пусть я еще не дала ответ Юлиану, но это не значит, что могу с легкостью переключаться от одного парня к другому. Филатов только-только стал мне нравиться, как человек, и между нами складывалась вполне неплохая дружба.
– Давай проясним сразу: я не ищу отношений с парнями. Тем более с теми, кто после соревнований уезжает далеко и надолго, – вздохнула я, надеясь на понимание.
– Я знаю, Агата.
– Так к чему это уединение? Моя подруга такая же веселая, как и ты. Думаю, вы найдете общий язык.
– Хорошо. Тогда завтра днем я заберу вас обоих, – Гордей вновь натянул на лицо улыбку. Надеюсь, его не обидели эти слова.
