— Ты пришёл не за ответом, а за согласием, потому что отказ принимать с самого начала не собирался, — тихо почти прошипела Лэйтэриэль.
— Но я великодушно дал тебе время свыкнуться с этой мыслью, — он довольно улыбнулся. — Разве не учтиво с моей стороны?
Глаза у него блестели так, словно он был пьян. Но вином от него не пахло. Разве что лёгким безумием. У майя в глазах порой можно заметить тот же блеск. Обычно в такие моменты его осеняет какими-нибудь «великолепными» идеями.
— Сейчас расплачусь от счастья, — елейным голосом заверила эльфийка, судорожно вспоминая, куда зашвырнула оружие. Оружие валялось в другой комнате на полу.
— Не понимаю, — он задумчиво коснулся мокрых волос, — почему ты злишься на меня за то, что я стремлюсь к исполнению нашего общего желания? Если на кого и злиться, то на Элронда.
— С чего вдруг? — смена темы была столь неожиданной, что ей даже не пришлось изображать удивление.
— А ты ещё не догадалась? — он рассмеялся и порывисто обнял растерянную девушку, поцеловав в макушку, которая едва доставала ему до плеча. — Тебе так не достаёт хитрости. Не привыкла играть с чужими жизнями. Хотя, это даже хорошо…
— Что ты имеешь в виду? — раздался приглушенный голос Лэйтэриэль, которая в растерянности даже не пыталась отстраниться.
— Неужели ты думала, всё дело в этом дурацком поручении и крепости? — эльф осторожно погладил её по голове. — Ты же знаешь, что у него за дар. Думаешь, он не предвидел подобного развития событий?
Мгновение тишины, продлившееся полвечности. Но он ведь сам говорил, что не может заглянуть в её будущее!..
— Он тебе сам сказал? — девушка с трудом заставила себя выдавить вопрос.
— Ну, скорее, намекнул, — задумчиво произнёс Трандуил и тут же уточнил: — хотя, довольно прозрачно.
Эльфийка молчала. Припомнила расплывчатые формулировки и какую-то пристальную задумчивость. Она попробовала поставить себя на место Владыки Имладриса. И как всё удобно получается. Девочка пристроена и больше не занимается глупыми путешествиями, и крепость под присмотром с двух сторон, и хороший инструмент для воздействия на своенравного Лесного короля. Подразумевается, что при этом все довольны своей участью и крайне благодарны.
Использовал! Она была готова зарычать от обиды. Руки сами сжались в кулаки.
— Лэйтэриэль? — Трандуил обхватил ладонями её лицо и пристально всмотрелся в него. А ведь он всё прекрасно понимал и всё равно ввязался в этот спектакль. Уже тогда знал! — Прежде всего, он думал о твоём благе. Не то чтобы я его защищал, но…
— О моём благе? — она рассмеялась. — О своём благе я забочусь сама. Он просто нашёл удобный инструмент, чтобы в случае надобности ввернуть тебя в очередной акт борьбы со злом. Меня словно подсунули, как… как… — от гнева у неё задрожал голос.
Не в силах смотреть ему в глаза, она опустила взгляд на вышивку на его рубашке.
— Не будь инструментом, — эльф накинул девушке на голову норовившее упасть с плеч полотенце и стал старательно сушить им волосы, которые и так уже не были мокрыми. — Не забывай, у тебя всё-таки был выбор.
— Выбор? — она резким движением сдёрнула с головы ненужную тряпку. — Предложи гному ящик золота, он откажется?
— Ты слишком остро всё воспринимаешь, — мужчина настойчиво подтолкнул её в спину и усадил в кресло. — Ничего плохого ведь не случилось.
Лэйтэриэль предпочла в очередной раз промолчать. Интересно, что в его понимании — плохое? Что никто не умер? Да и вообще, утешительные речи от тюремщика — как минимум, звучат лицемерно. Что бы он там не говорил, факт оставался фактом, а клетка — клеткой. Что ж, по крайней мере, он не врал.
В голову закралась горькая мысль: мятежный майя, даже будучи в самом скверном расположении духа, с ней так не обращался. Никогда. Он, как никто другой, умел манипулировать другими и подавлять волю, а потому хорошо знал цену свободному выбору.
Разумом она понимала, что ничего непоправимого действительно не случилось. Однако скажи Элронд ей тогда правду, она бы предпочла остаться. Просидела бы год в этом омуте, ничего бы ей не сделалось. Внутри поселилось чувство гадливости. Слишком много он на себя взял…
Эльфийка отвлеклась от собственных мыслей и обнаружила, что Трандуил расчёсывает ей волосы, легко касаясь головы. Можно было не сомневаться, что быстро успокоившиеся чувства — это его заслуга. Она даже не была уверена, что у неё вообще получится теперь разозлиться.
Неожиданно, даже для себя самой, она вскочила на кресло и обернулась к королю — тот замер с щёткой в руках — забавное зрелище. Нечасто ей приходилось смотреть на кого-то сверху вниз. Какое-то время она бездумно разглядывала его выжидающее выражение на лице. В голове что-то щёлкнуло: да гори оно всё в драконьем пламени.
— Меня одна только мысль о том, что он сыграл на моих… — она замолчала, поджав губы. Но она ведь не из-за этого согласилась. А из-за обитателя заброшенной крепости. Из-за беспокойства о нём. Так что если бы Элронд сказал ей правду… Она бы всё равно пошла. Хотя её забота — последнее, в чём нуждается майя.
Хоть что-нибудь в её жизни зависит от неё самой?
