– После того как вы ушли… убедившись, что все в безопасности, я вернулся за ними. Мы с Бетти решили, что Карлтону стоит какое-то время пожить вне города, поэтому она на пару недель увезла его к своей сестре. Честно говоря, я не помню, кто это предложил – я или она. Но едва они уехали, я принялся за работу. «У Фредди» было заперто. Тело офицера Данна вынесли из пиццерии и все там осмотрели под моим пристальным руководством, разумеется. Взяли кое-какие образцы, но больше ничего оттуда не брали. Ребята ждали, чтобы я дал добро. Пиццерию даже не взяли под охрану – в конце концов, там ведь не было ничего опасного, верно? Так что я подождал, пока все уляжется, а потом поехал в Сент-Джордж и арендовал грузовик. – Пока я ехал на нем обратно, пошел дождь, а когда я добрался до пиццерии, разразилась настоящая гроза, хотя ухудшения погоды синоптики в тот день не обещали. На этот раз у меня были ключи, потому что теперь там все было опечатано полицией, так что я спокойно вошел. Я знал, где их искать, или по крайней мере знал, где я их оставил, и молился, чтобы они никуда не делись. Они все лежали, сваленные в кучу, в комнате с маленькой сценой.
– В «Пиратской бухте», – тихонько подсказала Джессика.
– В глубине души я полагал, что они успеют куда-то убежать, но они спокойно сидели на полу, будто только меня и ждали. Они ведь здоровущие, знаете ли. Сотни фунтов металла и еще черт знает какой начинки, поэтому я выволок их оттуда одного за другим. В конечном счете мне удалось втащить их в грузовик. Я собирался спрятать их в противоураганном подвале-убежище, но, приехав домой, увидел, что в доме горит свет, а на подъездной дорожке стоит автомобиль Бетти. Похоже, она вернулась раньше.
– И что вы сделали? – спросила Джессика. Она сидела, подтянув колени к груди и положив подбородок на ладони. Джон снисходительно покачал головой, пытаясь сдержать улыбку. Джессика наслаждалась историей.
– Припарковался на другой стороне улицы и стал ждать; я наблюдал за собственным домом. Когда погас свет в последнем окне, я подъехал к дому и принялся выгружать эти штуки из грузовика и по одному затаскивать в подвал. Потом я отогнал грузовик обратно в Сент-Джордж и вернулся домой, так что меня никто не заметил. Ничего бы не получилось, не имей я противоураганного подвала и не случись в ту ночь гроза: раскаты грома скрыли все прочие звуки. Когда я наконец вернулся домой, то промок как мышь, все тело болело. Все, чего мне тогда хотелось, это подняться в спальню и уснуть рядом с женой… – Он кашлянул. – Но я не осмелился. Взял одеяло и лег спать перед дверью в подвал на случай, если что-то попыталось бы оттуда выбраться.
– И как, они пытались выйти? – спросила Джессика. Клэй медленно покачал головой, словно на ней висели тяжелые гири.
– Утром они остались в том же положении, в каком я их оставил. С тех пор каждую ночь я, дождавшись, когда Бетти уснет, спускался в подвал и смотрел на них… Иногда я даже говорил с ними, пытался как-то их расшевелить. Мне хотелось удостовериться, что они не убьют нас во сне. Я снова поднял материалы дела, пытался понять, как так вышло, что мы проворонили Эфтона. Как ему удалось вернуться и остаться неузнанным?
– Бетти понимала, что что-то не так. Через несколько недель она проснулась посреди ночи, пошла меня искать и нашла… а заодно и их. – Берк закрыл глаза. – Не помню, что именно мы друг другу наговорили, но наутро она ушла и с тех пор не возвращалась.
Джон поерзал на диване, чувствуя себя очень неуютно.
– И они с тех пор не двигаются?
– Просто сидят там, точно сломанные куклы. Порой я вообще про них забываю.
– Клэй, Чарли в опасности, – сказал Джон, вставая. – Мы должны их увидеть.
Полицейский кивнул.
– Тогда пойдемте. – Он встал и махнул рукой в сторону кухни.
В последний раз Джон был в кухне у Берков наутро после того, как они сбежали из пиццерии «У Фредди». Клэй пек блинчики и шутил. Бетти, мать Карлтона, сидела рядом с сыном, словно боялась от него отходить. Все они чувствовали легкое головокружение, потому что страшное испытание осталось позади, но Джон не сомневался: они все, каждый по-своему, боролись и с другими чувствами. Кто-то вдруг умолкал на полуслове, забыв, что хотел сказать, или начинал бессмысленно смотреть в пространство прямо перед собой. Все они едва спаслись и находились в шоке. И все же в то утро на кухне было светло, солнечные зайчики прыгали по рабочему столу, а запахи кофе и блинчиков успокаивали, возвращали к реальности.
Теперь кухня разительно изменилась, и этот контраст поразил Джона. Пахло чем-то прогорклым, и юноша моментально определил источник этих «ароматов»: на столах стояла грязная посуда с остатками пищи. Многие тарелки остались почти полными, к еде едва притронулись. В раковине лежали еще две пустые бутылки.
