– Ты ошибаешься, – глядя ей в глаза, покачал головой я. – Это имя мне совсем незнакомо.
– Мунайто – не имя! – нахмурилась девушка и, взяв меня за запястье, с силой провела ладонью от плеча до локтя.
Правая рука на мгновение онемела, и на плече проступили непонятные знаки, похожие на орнаментальную татуировку. Круговая вязь иероглифов, и над ними странный узор из переплетенных между собой листьев.
– Это еще что за…. – начал было я, но договорить мне не дали.
– Ты уничтожил Темного Князя?! – девушка оторвала взгляд от рисунка на моем плече, в глазах ее мелькнула растерянность. – Но как?! Как ты смог проникнуть в Чертог Смерти? Нет, мы все верим легендам, но…
Наверное, у каждого человека есть порог сумасшествия – черта, перейдя которую, он превратится в улыбающегося идиота. Этот порог, конечно же, у всех разный. Кому-то достаточно почитать Кинга, кто-то сойдет с ума на войне...В той жизни с нами постоянно работали спецы по психологической подготовке, но, несмотря на все тренировки, я вдруг понял, что стою на той самой черте. Мало тебе чудовищ с перерождениями? А как насчет девчонки-оборотня и тату на плече, по которым можно определить, чем ты занимался последние сутки?! Что дальше? Файерболлы и летающие драконы? Ходячие мертвецы с Коньком-Горбунком? Сука! Я с силой провел ладонями по лицу и, пару раз глубоко вздохнув, произнес:
– Может быть, ты все же представишься?
– Ой, прости… – девушка сложила ладошки и, поклонившись, произнесла: – Я Мика, дочь Кэтсэро и Нэо по прозвищу Белая Ветвь.
– А здесь ты как оказалась?
– По глупости, – пожала плечами девушка. – Хотела выйти замуж за человека… Кавакаси казался мне таким интересным, но, как выяснилось, ему нужна была не я, а цепная собака.
– Он чем-то тебя обидел?
– Можно сказать и так, – Мика вздохнула и опустила взгляд. – Сюго начертил под брачным ложем Символ Покорности, и, потеряв девственность, я бы стала его безвольной рабыней. Сам бы он такое сделать не смог, но, думаю, ему помог кто-то из обладающих Силой.
М-да... А мне сказали, что невеста тоже погибла.
– Выходит, ты почувствовала этот знак, убила жениха, а потом ещё и всех тех, кто приходил сюда по ночам?
– В день свадьбы меня опоили какой-то дрянью. Я долго не могла обернуться волчицей, и этот ублюдок пытался взять меня силой, – сквозь зубы с ненавистью прошептала Мика. – Люди считают животными нас, но сами они... Здесь я убивала только тех, кто на меня нападал!
Говорила она вроде бы человеческим голосом, но у меня в голове фоном отчетливо звучал яростный рёв. Такой же, как десять минут назад… Нет, так-то понятно. Девочку обидели, и она как следует огрызнулась. Только все равно, что-то не вяжется.
Я посмотрел на нее, вздохнул и вопросительно приподнял бровь:
– А меня ты почему пыталась убить? Я тоже на тебя нападал?
Мика поморщилась, очевидно, сразу не поняв сути вопроса, затем усмехнулась и небрежно кивнула на свечи.
– А ты сюда с какой целью пришёл? Полагаешь, это нельзя считать нападением?
Вот же блин... А ведь она права! Но кто же мог знать, что эта идиотия работает? М-да... Я озадаченно почесал подбородок и, разведя руками, виновато вздохнул.
– Ну, извини... Мне пока сложно ориентироваться в местных реалиях, но, если хочешь, я все потушу.
– Не надо, на меня такое не действует. Тут дело в намерении. Они приходили сюда, чтобы прогнать. Кому такое понравится? – Мика вздохнула и подняла на меня взгляд. – Я рассказала тебе о себе? Теперь расскажи ты...
Хм-м... По легенде я потерял память, но стоит ли запираться, когда на плече у тебя есть визитная карточка? Интересно, а почему тогда иероглифы не увидел монах? Я скосил взгляд на плечо и удивленно хмыкнул. Все знаки исчезли, словно не бывало!
– Письмена Славы могут видеть только те ёкай[3], кто способен различать суть, – заметив мое удивление, пояснила девушка. – Мы также способны ненадолго показать их кому-то ещё – ты разве это не знал?
– Ёкай? – поморщился я. – Но ты же вроде оками?
– Таро, ты меня удивляешь, – Мика с сомнением закусила губу. – Ты – ёкай, я – ёкай, все – ёкай, кто не совсем люди. Как это можно не знать?!
– Запросто, – усмехнулся я, слегка обалдев от её заявления. – Дело в том, что я полностью потерял свою память.
– Письмена говорят, что ты...
– Побывал в Чертоге Смерти? – хмыкнул я. – Да, это помню. Мы с моим отрядом убили там огромную обезьяну, затем я разнёс башку этому вашему Аби, а потом меня убила змея...
– …а твой дух ушел и вселился в этого парня? – продолжила за меня Мика.
– Да, – кивнул я, – без памяти, в это тело. Местные приняли меня за ками и попросили прогнать зло из этой усадьбы. Научили обряду, но откуда мне было знать, что тут нет никаких демонов?
– Все как в Книге Начал, – выслушав рассказ, негромко произнесла Мика. – «Он разгромит Чертог Смерти, освободит пленённые души, но никто не знает, где закончится его Путь...»
– Это про меня?
– Да, – кивнула она, – про тебя. С тех пор, как Сэт пленил Хозяина Леса, мы ждали твоего прихода, Мунайто. Та обезьяна была покоренным духом Сару, и ты теперь носишь на себе его знак.
