– У меня не получится выдержать нужную концентрацию, – опустив взгляд, грустно вздохнул енот. – Мне очень страшно... Я же обыкновенный тануки.
М-да... Ввязываться в очередную авантюру совсем не хотелось, но что, если это та самая «судьба», о которой десять минут назад вещал мне енот? Если этот асур действительно связан со мной, то лучше раздавить его сразу! С Иоши тоже хотелось ещё пообщаться. Этот хомяк-переросток – просто кладезь необходимой информации, и, оказав ему услугу, общение можно будет продолжить.
– Хорошо, – кивнул я. – Мы это сделаем, но нужно же как-то договориться?
– В полдень приходи к этой усадьбе, – пояснил повеселевший енот. – Тут через лес до горы меньше часа пути.
– В полдень? – поморщился я. – Но тогда зачем мы сейчас пьём?
Услышав это, Иоши так и замер с бутылкой в руке, затем удивленно посмотрел на меня и... довольно оскалился.
– Ты не забыл, с кем пьёшь, Таро? – с иронией глядя на меня, хохотнул он. – Через два часа у тебя в голове не останется и следа этой выпивки. Как ты думаешь, за что нас так почитают?
– Ну, раз так, – пожал плечами я и, приняв стакан, усмехнулся. – Тогда давай выпьем за успех предстоящего мероприятия?
Утром меня разбудил чей-то топот. Я открыл глаза, поежился от прохлады и сразу не сообразил, где, собственно, нахожусь. Какая-то комната, лес за окном и кривые рожи на стенах... Голова не болит – значит, не бухал, но... Мой взгляд упал на жаровню, и реальность обрушилась ледяным водопадом. Значит, не сон?! И погибшие вчера ребята, и тот чертог, и Мика с енотом?! Вот же черт... Это ж теперь навсегда!
Впрочем, прислушавшись к себе, я никакой особой грусти не испытал. Нет, гибель товарищей – это, конечно, хреново, но все остальное... Да и ребята не факт еще что погибли. Может быть, тоже переродились, как я? По крайней мере, мне удобнее думать так.
Пока я приходил в себя, в комнату уверенным шагом зашёл Наката. Остановившись на пороге, самурай окинул помещение взглядом и с сомнением посмотрел на меня.
– Здравствуйте, Наката-сан, – кивнул ему я и, поднявшись с лежака, стряхнул с одежды сухую траву.
– И? – смерив меня тяжелым взглядом, самурай вопросительно приподнял бровь. – Ты сделал то, что требовалось?!
– Да, – пожал плечами я. – Волчица ушла и больше здесь не появится.
– Волчица?
– Оками... Большая, белая, вот такая, – я поднёс ребро ладони к животу и пояснил: – Оками была невестой Кавакаси. Сюго оскорбил её в ту ночь, и она отомстила. Потом убивала всех, кто приходил её изгонять.
– А почему она не убила тебя? – самурай нахмурился и кивнул на жаровню. – Этим ведь ёкай не прогнать, но ты почему-то выжил.
– Наверное, потому что я умею хорошо убеждать? – улыбнулся я, состроив невинную физиономию. – Как бы то ни было, она ушла и сказала, что больше сюда не вернётся.
Наката ничего не ответил. Секунд пять он буравил меня взглядом, затем кивнул и вышел из комнаты.
Нормально так… Ни тебе «спасибо», ни «до свидания». Хорошо хоть, меч не забрал.
Я посмотрел ему вслед, усмехнулся и подобрал с лежака покрывало.
Ладно, пора собирать манатки. И, поскольку Иоши своё слово сдержал, в полдень нам предстоит небольшая прогулка.
Вообще, я очень люблю горы. И те, что остались там – в прошлой жизни, и эти – что увижу сегодня. Все горы прекрасны, и сравнивать их – пустое занятие. Только местные горы мне все равно нравятся чуть больше Кавказа. Наверное, потому, что здесь не придется стрелять…
[1]Тануки – традиционные японские звери-оборотни. Обычно описываются в виде енотовидных собак. Считаются большими любителями саке. В Японии тануки считаются покровителями питейных заведений и торговли.
Перемены в жизни случаются. Психологи считают, что они даже необходимы человеку, если что-то его не устраивает, тяготит. Да, все вроде бы так, но только я ни на что особо не жаловался. У меня было все, что нужно обычному человеку: дом, машина, друзья, а за спиной стояла огромная страна. Еще вчера жизнь была проста и понятна, а сейчас я чувствую себя винтиком, выпавшим из работающего механизма и откатившимся на обочину, туда, где никто уже не найдет.
Кто я такой? Майор спецназа – обычный «сапог», который жил по Уставу, выполнял приказы, руководствовался кучей инструкций. Когда привыкаешь к такой жизни, она начинает нравиться, но сейчас того мира не стало, и в душе появилось тянущее чувство пустоты. Когда рядом нет друзей, той страны, твоего родного города, а вместо них – другие люди, другое небо, другие звезды…. Нет, в этом мире есть красавица Мика, задумчивый Кенджи, ребята-монахи и даже веселый енот, но пустоту в душе сразу не залечить. Должно пройти какое-то время.
Я посмотрел на выползшее из-за горы солнце, вздохнул и перевел взгляд на четверку солдат, шедших по деревне в направлении замка. Выглядели эти четверо настолько важно, что куда там всем самураям. На головах бойцов были надеты кожаные дзингасы[1], грудь прикрывали кожаные куртки с металлическими пластинами, штаны – матерчатые до середины голени, сандалии – самые обычные, в каких тут ходят практически все.
