Хозяин замка стоял возле окна, задумчиво глядя на горы. Одетый в кимоно приглушенного темно-синего цвета, с бежевым гербом камон[3] на груди и собранными в пучок волосами, Сато Кохэку словно сошел со страниц учебника по истории. Невысокого роста, с грубыми чертами лица, холодным взглядом и кривым шрамом на левой щеке – он выглядел натуральным бандитом, но иначе и быть не могло.
Ведь этот мужик, по сути, здесь царь и бог, и его приказы даже не обсуждаются. Когда у тебя под рукой пара сотен отморозков – приходится соответствовать. Для большинства местных вояк зарезать человека проще, чем обгадить пару пальцев на правой руке, и стоит только дать слабину – тебя сожрут твои же приятели. А еще есть семья и враги, и крестьяне, за которыми тоже нужно присматривать каждый день, что-то решая и кого-то наказывая. Ответственность за людей – штука серьезная.
– Здравствуйте, Сато-сан, – отвесив стандартный поклон, с порога произнес я и остановился на входе, поскольку никакой реакции не последовало.
Это продолжалось примерно минуту: Сато смотрел на горы, я смотрел на него, Наката изучал взглядом картину. Японцы вообще очень странный народ. Обычаев и традиций у них как блох на барбоске, поэтому никакой инициативы лучше не проявлять. Особенно в общении с правителями.
Не знаю уж, думал он о чем-то или просто выдерживал паузу, но все когда-то заканчивается. Очевидно, вдоволь налюбовавшись пейзажем, Сато повернул голову и сходу озадачил меня вопросом:
– Скажи, а как это – быть ками?
И все... Ни угрозы в голосе, ни доброжелательности. Только холодное любопытство энтомолога, увидевшего неизвестную бабочку и уже представляющего, как она будет смотреться в его коллекции. Ну да...
Понимая, что сюго ждёт быстрого ответа, я прикинул в голове пару вариантов и, после небольшой паузы, произнёс:
– Не знаю, как это – быть ками. Наверное, потому что чувствую себя человеком.
– Хорошо... – Сато едва заметно кивнул. – Тогда скажи: а как это – быть человеком?
– Этого вам не скажет никто, – мгновение поколебавшись, уверенно произнёс я. – Человеком могут назвать тебя только другие. Я могу лишь чувствовать себя человеком, могу стараться им стать, но мои поступки можно оценить только со стороны.
– Хм-м...
Выслушав ответ, Сато задумчиво тронул себя за подбородок. Взгляд его заметно смягчился. Стоящий возле стены Наката повернул голову и удивленно посмотрел на меня. Повисшее в воздухе напряжение мгновенно растаяло.
– Интересно…И уже совсем не дурак... – усмехнулся сюго и, опустившись на ковер, жестом приказал нам садиться.
– Он сразу показался мне каким-то странным, – скосив на меня взгляд, со вздохом наябедничал Наката. – Еще тогда, когда согласился идти в усадьбу. Думал, с утра найду его труп, а он ничего так – сидит, скалится…
– Что ты хочешь за свою услугу? – внимательно глядя на меня, поинтересовался сюго. – Я ценю хорошую службу и не забываю тех, кто мне помог…
«Ну вот, подобрались к самому главному», – мысленно усмехнулся я и выдал заранее подготовленный ответ:
– Я хотел бы послужить вам еще, но у меня есть всего лишь полгода. Хосу-сама повелел мне покинуть его владения в начале зимы. Что же до вашего поручения… – я вздохнул и скосил взгляд на самурая. – Наката-сан подарил мне свой меч, и лучшей награды желать не приходится. Вот если бы он еще провел со мной пару обучающих тренировок…
– Хосу-сама? – не дав мне договорить, поморщился Сато. – Когда ты успел пообщаться с Хозяином горы?
– Той ночью, после того как ушла волчица, в усадьбу заявился тануки. Он и передал мне повеление духа. Причин не объяснил, но кто я такой, чтобы обсуждать решение ками?
Сказал я это специально. Если меня кто-то увидит с енотом, то и вопросов никаких не возникнет. Кто их станет задавать, если сам сюго в курсе, что бывший дурак водит дружбу с ёкай?
– Интересно… – озадаченно хмыкнул сюго. – Двое суток прошло, а он уже и с оками пообщался, и с тануки, и Духу горы чем-то не угодил. Что ты сказал такого волчице, что она решила уйти? Почему у других это не получалось?
– Другие пытались ей навредить, а я просто поговорил и пожертвовал кровь. Оками и самой не очень нравилось там находиться, но без жертвы она уйти не могла.
– Если бы мы знали, что там оборотень… – со вздохом покачал головой Сато. – На это многое указывало, но крестьяне говорили, что часто видели по ночам демонов. – Сюго задумчиво посмотрел на Накату и снова перевел взгляд на меня. – Ладно, давай вернемся к нашим вопросам. Ты сказал, что хотел бы послужить?
– Да, – кивнул я, – полгода, обыкновенным солдатом.
– Солдатом? – поморщился сюго. – Наката-доно[4] сказал, что ты помнишь себя воином?
– Так и есть, – пожал плечами я, – но это лишь кусочки воспоминаний.
