Это моё усовершенствование. В общем-то ничего сложного. Разобрал взрыватель, и заменил замедлитель на другой состав, который горит гораздо медленнее. Вместо дымного пороха, в гильзу поместил бездымный, благо пушка Барановского вполне себе его кушала, и чуть увеличил навеску, добавив скорость снаряду. Плюсом к этому на изготовленном по моим чертежам станке есть возможность задавать куда больший угол возвышения.
Как результат всех этих телодвижений, дальность гранаты и шрапнели увеличилась до шести вёрст или трёх с половиной миль. Стрелять на такую дальность медленным снарядом по подвижной цели, это на невероятную удачу. А вот накрыть разлетающейся шрапнелью, уже совсем другое дело. Жаль только у снарядов десантного варианта пушки Барановского не сотня пуль, а лишь пятьдесят шесть. Но имеем то, что имеем.
— Снегирёв, курс двести десять, скорость двадцать четыре узла! — выдал я следующую порцию команд, прикинув как лучше выйти на позицию.
Грохнул первый снаряд, и пока он был в полёте, я успел отправить вслед второй. Облачко вспухло примерно там, где я и рассчитывал. Снаряд идёт не по настильной траектории, поэтому накрытие пулями цели, как и поражающий эффект отличаются. Но в общем и целом, я наблюдал в прицел как падают человеческие фигурки. Кого ранило, кого убило тут уж не разобрать, но обстрел вышел эффективным, факт.
По нам тут же открыли огонь, но первые выстрелы прошли слишком уж в стороне, а там и дымогенератор заработал, укрывая нас от противника. Развернувшись и сместившись в сторону, мы повторили обстрел, и опять без особой наглости и самоуверенности, ограничившись пятью снарядами. Да и не было у меня больше дальней шрапнели. Это ведь, по сути, полевое испытание нового боеприпаса. Вполне удачное, что радовало.
Вновь оказавшись под огнём мы поспешили укрыться под завесой и набрав полный ход взяли курс на Чифу. У меня появился отличный повод не возвращаться в Порт-Артур, будучи отрезанным от него превосходящими силами. Так отчего бы не воспользоваться этим. Тут всего-то четыре часа крейсерского хода. Или два с небольшим на полном.
Впрочем, потребности в поспешности не возникло. Убедившись в отсутствии погони, мы вырубили дымогенератор, и снизили скорость до крейсерской. Незачем прибывать в Чифу слишком рано. В мои планы входит немного задержаться в городе, и решить кое-какие вопросы. Как впрочем, нет нужды и заходить в порт слишком поздно…
Покончив со всеми формальностями к причалу мы встали в пять часов пополудни. Как раз то, что нужно. Все учреждения и магазины ещё работают, и гостеприимные хозяева не станут выпроваживать нас восвояси с утра пораньше.
— Андрей Степанович, не расслабляемся, — начал я ставить задачу боцману. — То, что тут нет японцев, ни о чём не говорит, они могут появиться в любой момент. Уверен, что им уже известно о некоем катере, команда которого много о себе думает. Поэтому восполни припасы, догрузи нехватку угля, котёл держи под парами, организуй горячую пищу и отдых.
— Слушаюсь, ваше благородие. Только, вы бы сами не ходили в город. Возьмите с собой Казарцева. Рука его в полном порядке, так что, лишним не будет.
— Добро. Слышишь, Илья, у тебя две минуты, время пошло, — повысил я голос, обращаясь к навострившему уши парню.
— Есть две минуты! — выкрикнул он, и волчком ввернулся в сходный трап под тумбой бакового орудия.
Стоило мне ступить на настил причала, как он уже был позади меня, поправляя бескозырку, и скрытую кобуру под бушлатом. Я собираюсь посетить оружейный и прикупить для команды Браунинги. Они в ближнем бою куда предпочтительней. Хотя и от Наганов отказываться торопиться не буду. Надо бы заказать Брамиты. Глушители не помешают, а этот револьвер лучше всего годится в качестве бесшумного оружия…
— Вот уж кого не ожидал увидеть. Здравствуйте, Олег Николаевич. Какими судьбами? — радушно встретил меня Тидеман.
— Здравствуйте, Пётр Генрихович, — ответил я на рукопожатие консула. — Увы, но это вынужденная мера. Был на учениях в Голубиной бухте, когда туда припожаловал японский броненосный отряд в сопровождении миноносцев. Выбор оказался невелик. Либо топить свой катер, и уходить в крепость посуху. Либо прорываться и убегать от японцев. Катер мне стало жалко. А увязавшийся за нами в погоню миноносец мы потопили.
— Эк-ка. Прямо-таки потопили? — удивился консул.
— Истинная правда. «Акацуки» булькнул, только пузыри пустил.
— Вы непременно должны это описать.
— Зная вас, я уже написал очерк, а там пусть мучаются правя мои каракули, — передавая исписанные листы, ответил я.
— Вот и славно. Какие планы? — убирая добычу в стол, спросил он.
— Сниму номер, приму ванну, и хорошенько высплюсь. А завра поутру покину Чифу.
— Ясно. Ну что же, Олег Николаевич, если у вас возникнут какие-либо вопросы, то я в полном вашем распоряжении.
— Благодарю. Я буду иметь это ввиду.
Поначалу решил посетить фотосалон, чтобы проявить плёнку и напечатать несколько экземпляров. Но едва вышел из консульства, как меня перехватил хорошо знакомый мне репортёр.
