А с чего бы ему быть довольным, коль скоро он поначалу проигнорировал моё требование остановиться для досмотра. Я сделал предупредительный выстрел из нашей безоткатки, израсходовав на это дорогую гранату, запас которых у нас не так уж и велик. Хорошо хоть на «Севастополе» имеется ещё сотня.
Но как ни странно, пушечная пальба британца не впечатлила. И тогда я вооружился своим маузером. Винтовочная пуля без труда пробила судовой колокол, огласив морской простор чистым и звонким звоном. И вот именно он-то и вразумил шкипера, заставив застопорить ход и опустить трап.
– Всё в порядке, сэр, вы можете продолжить путь. Прошу простить за испорченный колокол, но…
– Ничего страшного, господин мичман. Я сам виноват. Но с другой стороны, и вы должны меня понять. Я никак не мог ожидать, что это действительно русский катер, имеющий право на досмотр. Пусть он и необычный, но один в открытом море… – он в недоумении развёл руками.
– Ну что вы, я пока ещё не сошёл с ума, сэр, пускаться в подобную авантюру, – усмехнувшись, замахал я руками, и уточнил. – Просто оторвался от основных сил для разведки.
– А где ваши основные силы и куда вы направляетесь?
– А вы с какой целью интересуетесь, сэр?
– О, ну что вы. Просто любопытство. Неужели вы подумали, что будучи представителем нейтральной страны, я стану занимать сторону одной из воюющих сторон?
– Радует, что мы друг друга понимаем. Кстати, не продадите ли нам тонну угля?
– Вы вышли в море без топлива?
– Угольные короба полны, но нам предстоит долгий путь, а потому запас не помешает.
– Не вижу причин отказать вам в вашей просьбе, – уже вполне себе дружелюбно произнёс он.
Уголь погрузили довольно быстро, оставив его в мешках на палубе. Запас, как говорится, карман не тянет. А случись надобность, так и избавиться от него недолго, тупо сбросив в море.
Не успели отойти от «Бенджамина» и на пару кабельтовых, как заработала его радиостанция. В качестве маскировки я спрятал нашу антенну, но вот так, вплотную, можно даже гвоздь воткнуть и всё сработает как надо. Итак, международным кодом шкипер выдал в эфир весь услышанный от меня расклад. И всё это под соусом – русские совсем охамели, стреляли в нас, это полное безобразие, нужно призвать их к ответу. Угу. Призывалку сначала отрасти.
Спешить нам особо некуда, поэтому мы пошли на крейсерских двадцати четырёх узлах держась в семидесяти милях западнее корейского острова Чеджу. Это должно создать ощущение, что отряд имеет намерение обогнуть Японию с юга.
До полуночи шли под машиной, после чего поставили паруса и медленно поплелись к нужной точке, где я намеревался засветиться в очередной раз. Появляться там раньше времени не имело смысла, ведь отряд в лучшем случае должен был идти со скоростью в тринадцать узлов. И появись я до расчётного времени, это могло вызвать подозрения.
В полдень, остановили очередного нейтрала. На этот раз итальянец, и он не стал выделываться, лёг в дрейф по первому требованию в ста тридцати милях к юго-западу от Нагасаки. Увы, но на этот раз это чистой воды контрабанда. Пришлось изображать из себя мздоимца, за долю малую готового закрыть глаза на данное обстоятельство. Мы со шкипером отлично поняли друг друга, и пара тысяч фунтов великолепно закрыли этот вопрос. Что не помешало макароннику тут же заложить меня растрезвонив на всю округу о русских, которые идут, и нормальным людям жизни не дают.
Хорошо, но мало. Поэтому я продолжил двигаться на юго-восток, решив пошуметь ещё разок. В идеале, обнаружить японский военный корабль. Парашют мне в помощь. Если не найду ничего подходящего, придётся опять отлавливать гражданский пароход, а ночью в любом случае брать курс к месту рандеву с Эссеном.
Уже через час мне улыбнулась удача. Это был вспомогательный крейсер «Кобе-Мару». Не вооружённый транспорт, у которого в лучшем случае пара-тройка малокалиберок, а вполне себе серьёзная для нас угроза. Два стодвадцатимиллиметровых орудия, шесть трёхдюймовок и столько же пятидесятисемимиллиметровых пушек. Атаковать такого в открытую, слишком рискованно, поэтому я решил действовать так же, как в своё время с «Асамой». Держал его в пределах видимости, постепенно подбираясь всё ближе и ближе.
Не знаю о чём думал капитан, когда зажигал ходовые огни. Возможно опасался столкновения в районе достаточно активного судоходства. Нам пришлось постараться, огибая встречные суда, чтобы остаться незамеченными. В любом случае это упрощало нашу задачу по торпедной атаке буквально до полигонных условий.
Едва опустилась ночь, как мы встали на крыло и стремительно пошли на сближение. Два сброса, отворот в сторону и я тут же врубил радиостанцию забивая эфир помехами. Остаётся только понять, придётся нам атаковать метательными минами или я всё же не косой и добавки не потребуется.
Два взрыва с незначительным интервалом дали понять, что с точностью у меня всё в полном порядке. Теперь вопрос за тем, насколько хорошо у «Кобе-Мару» обстоят дела с живучестью. Как оказалось, всё очень плохо. Понадобилось всего-то десять минут.
