Кажется, пора взять управление в свои руки. Потому что в моей кухне слишком много Лиама. И в отражении зеркальной поверхности холодильника, и в аромате его мужской харизмы, даже в глазах моей дочки – всюду он.
– Садитесь, Лиам, – предложила я. – Я накормлю вас обедом. Это меньшее, чем я могу вас отблагодарить.
Лиам не стал ломаться, с большим аппетитом поглощал поданный обед. Смешил мою Кэнди, наматывая пасту на вилку, и устраивал театральное представление из кусочков брокколи, стручковой фасоли и моркови, приготовленных на пару. Кэнди слопала всё без лишних вопросов. Хотя раньше мне приходилось часами уговаривать её съесть хоть чуточку полезных продуктов.
– Удивлена, но вы хорошо ладите с детьми. Вам удалось уговорить Кэнди поесть, – сдержанно похвалила я Лиама.
– Знаю, что это полезно для детишек. Хоть не могу похвастать, что готовил это для своей дочери. Отвратительный папаша. Совершенно не умею готовить.
– Для этого есть мама? – спросила я, задержав дыхание.
– Была. Она много чего умела, – небрежно фыркнул Лиам. – Например, хорошо выносить мозги и устраивать мусорку в душе. Но готовить не умела, впрочем, быть хорошей матерью у неё вообще не получалось. Это всё… – махнул рукой, – пройдённый этап. Очень давний. – Потом он внезапно перевёл взгляд на моё лицо. Губы начали гореть. Взгляд Лиама потемнел вслед каким-то его мыслям. В моей груди начало разгораться сладостное предвкушение. Как будто внутри родилась огненная бабочка и расправила крылья. – Сядь, Беа. Ты так и не обработала рану на голове. Аптечка в ванной?
– Да, в ванной, – согласилась немного дрожащим голосом.
Лиам вышел, а я начала беспокойно крутиться на месте. В ванной разложены мои трусики. Я сложила их стопками, но не успела убрать в бельевой шкаф.
Что же, теперь Лиам будет знать, что я люблю бирюзовый цвет.
– Пару прядей придётся выстричь, – прозвучал над моим ухом приятный мужской голос.
Я старалась сохранять спокойствие. Но это плохо у меня получалось, особенно когда Лиам запустил пальцы в мои волосы, осторожно разделяя пряди. Потом послышался щелчок ножниц.
– Жаль твои волосы, – мужской голос стал чуть более сиплым или мне просто так показалось? – Постараюсь обойтись минимальными потерями.
Небольшую ранку на голове начало печь после обработки.
– Надо подуть! – подсказала Лиаму моя малышка, надувая щёки. – Вот так!
– Правильно, Кэнди… – звонко рассмеялся Лиам.
Его пальцы стиснули плечи. Моё тело выпустило непроизвольную дрожь. Предвкушение.
Все волоски на теле приподнялись в ожидании чего-то невероятного.
И когда Лиам осторожно дунул на ранку, я была готова упасть в обморок. Ноги внезапно стали ватными. Я потеряла контроль над своим телом. Оно реагировало на привлекательного зрелого мужчину, как металлоискатель на ценный клад.
– Спасибо, – едва смогла поблагодарить Лиама за трепетную заботу и внимание.
В этот момент раздался телефонный звонок.
– Мама, это Сью! – первой подала голос Кэнди, начиная прыгать вокруг меня. – Сью! Сью! Сью!
– Это наша няня. Она приходит сидеть с Кэнди, потому что я работаю. На дому, но всё равно работаю… – сбивчиво объяснила я Лиаму, хотя ничего не должна была ему объяснять.
Лиам согласно кивнул.
Я встретила Сью, тепло приветствовав её. Сью довольно пожилая, ей за пятьдесят. Она не только присматривала за Кэнди, но и помогала мне по хозяйству за отдельную плату.
– Сегодня как обычно? – спросила Сью, обнимая Кэнди.
– Возможно, я немного задержусь.
Сью перевела понимающий взгляд с меня на Лиама и обратно.
– Сью, ты сделала неверные выводы! – шепнула я. – Мне нужно съездить на почту и отправить заказы…
– Конечно. Я присмотрю за Кэнди, – пообещала Сью, сделав хитрый-хитрый вид.
– Если тебе нужно в город, могу подбросить. Насколько я понял, ты не водишь автомобиль? – предложил мне Лиам.
Я обычно езжу на такси, но сейчас внезапно согласилась на поездку. Мне нужно побыть с Лиамом наедине. Зачем? Не понимала. Это просто необходимость. Что-то толкало меня к нему.
Лиам терпеливо дождался, пока соберусь. Я надела просторное платье нежно-бежевого цвета. Оно прекрасно контрастировало с моей смуглой кожей и тёмными волосами. Из-за того, что я смуглая, меня называли мулаткой. Наверное, кровь отца сыграла свою роль. Не знаю… Мама работала горничной и умудрилась завести интрижку с хозяином дома, который был мулатом. Как только жена хозяина узнала о потайном романе, сразу же уволила мою маму, заплатив ей хорошенько. И, по словам тётушки, приструнила своего мужа-альфонса. Когда мама обратилась в клинику, было уже поздно делать аборт, сроки не позволяли. Мама ходила очень тяжело, у неё были проблемы с сердцем. Она умерла при родах, и меня воспитывала ее родная сестра. Имени настоящего отца мне никто не сообщал, но я догадывалась, кто он. Обращаться к нему было бы самой неудачной затеей, так что я этого никогда не делала. Отцу не нужна внебрачная дочь.
