Я подошла ближе. Судя по корзинкам в руках девушек, они задумали устроить пикник. Видимо, именно его они называли Полуночным раутом. Что ж, я совсем не против принять участие. После разговора со Сквалло мне нужно было развеяться.
— Так все готовы? — Криста, как самая старшая и ответственная проверила все вещи еще раз. — Тогда пошли.
Шли мы недолго, во всяком случае, я не успела сколько-нибудь устать, и вскоре, миновав ворота замка, расположились на открытом месте недалеко от ближайшего лесочка. Тут же были расстелены два покрывала, из корзины Зун достал бутылку вина и бутерброды. Я хотела было разжечь костер, но на меня посмотрели, как на ненормальную, и идею пришлось оставить.
— За что пьем? — Криста подняла свою чашу с напитком, другой рукой передала порцию Мэли.
— За тебя, красавица, что все так ладно сообразила, — Зун плюхнулся рядом с ней и, не дожидаясь остальных, опустошил свою чашу.
— Жулик! — усмехнулась в ответ наша старшая, покраснев лицом. — Ты ко мне не клейся. Я ж замужняя была, больше не желаю.
У этих двоих явно что-то было. Во всяком случае, Крис на словах отказывала, но отнюдь не выглядела противящейся, когда Зун, что-то нашептывал ей на ухо. Я решила им не мешать и отползла к Мэлизент. За столь непродолжительное время мы с ней успели достаточно хорошо подружиться, и я не стеснялась задавать вопросы.
— И часто у вас так?
— Как? — Мэли выпила лишь чашу вина, но по покрасневшим щекам было заметно, что она уже успела захмелеть. — Зун с Крис всегда лопочут. Она хоть и говорит, что против, но ей-то нравится.
— Нет, я про такие ночные посиделки.
— А, Полуночный раут… Каждые две луны на него ходим. Ты теперь тоже будешь, — и усмехнулась, будто бы отличной шутке.
Получается, они часто собираются ночью, чтобы выпить вина и посмотреть в ночное небо. Хорошо, что в этот раз меня тоже взяли: звезды тут очень красивые и яркие. Я даже начала искать знакомые созвездия, и очень удивилась, когда смогла разглядеть парочку. Интересно, а Сквалло тоже любит любоваться ночным небом, или ему это все безразлично? Нет, наверное, все-таки любит: мне показалось, что такие вещи вполне в его духе.
— Мэли, а расскажи про Луну и Солнце, — к нам подсела Винна, единственная из всей компании, кто отказался от вина.
— Но, ты же и так это знаешь, — блондинка погладила фитру по голове, растрепав серебристые волосы.
— Но Марина то не знает, — упрашивала та. — Ну прошу, ну ты же любишь болтать, — пять сине-зеленых глаз умоляюще уставились на нее. Где только Винна научилась щенячьему взгляду?
— Ладно-ладно, — согласилась Мэлизент. — Милая, она мне правду сказала: ты не слышала историю о появлении Светил?
Я кивнула: среди мифов в библиотеке Сквалло такой мне не попадался (или я его проглядела), откуда мне было еще знать о нем?
— Тогда слушай, — он опрокинула еще одну чашу вина, и начала. — Еще нося имя Теивас, всесильное божество Агнус вознамерилось отделить темное время от светлого, вырвав свой правый глаз и поместив его на светлое небо. Люди, появившиеся позже, нарекли его Солнце. — она ненадолго замолчала и снова продолжила. — Но людям было мало одного Солнца, стали они жить не только светлым временем, но и временем темным. Пришел первый король людей Эзекил к божеству и просил у него света и в темное время. Согласился Агнус и вырвал левый глаз и поместил его на темное небо. Люди нарекли его Луной и тоже радовались ему. Так появилась на небе Луна, и звездами стали кровавые капли из божественного глаза, — сделав очередной глоток, Мэлизент закашлялась и прервала рассказ. Мы с Винной тут же принялись стучать ее по спине, и вскоре кашель прекратился.
— Опять про ночные светила рассказываешь? — подошедшая Криста мило подмигнула нам.
— А чего не рассказать то? — натянула улыбочку Мэли. — Милая не ведает, поведала я.
— А что, верно не ведаешь? — спросил у меня Зун, пожевывая бутерброд. — Или герцог не рассказывал?
— Глупости ты говоришь, — вступила в разговор Винна, — с какой такой интересности милорд должен Марине про Светила говорить?
Про свои уроки письменности со Сквалло я никому не говорила, как и про то, что пишу для него книгу. Знали об этом только три человека: я, он и Зун, то и дело застающий нас за процессом, — и никто другой знать был не должен. Во всяком случае, я этого не хотела, отчего злобно зыркнула на паренька, чтобы не смел выдавать мой секрет. Но то, похоже, был сильно захмелевший, и рот закрывать не собирался.
— А ты не знала? — Зун сделал удивленные глаза. — Его Светлость — мне показалось, или это прозвучало с иронией? — учит нашу милочку писать да читать. Каждый день, — последнюю фразу он произнес особенно отчетливо, чеканя каждое слово.
— Что значит каждый день? — Криста серьезно на меня посмотрела. — Марина, это правда?
Я пристыжено опустила взгляд. Боже, никогда не думала, что меня будут порицать за учебу!
— Каждый день — значит каждый день, — не унимался Зун, — а про уроки пусть сестренка сама расскажет.
