Ну и конечно, у такой ватаги просто не могло не быть отчаянного вожака. Тот налетел на меня внезапно, вынырнув прямо из горячих клубов дыма. Как будто понимал, что там его будет труднее засечь огневику. Как типичный боец ближнего боя, он без лишних разговоров ринулся в атаку с парными топорами. Судя по свечению — зачарованными.
Один удар я смог заблокировать огненным мечом, а вот другой по хитрой траектории едва не отхватил мне голову. Я едва успел отпрянуть, и широкое лезвие рассекло лишь мои латы из керамических пластин. Дорогущих до ужаса, потому что секрет их изготовления до сих пор не смогли разгадать. Что ж, теперь о жаловании в ближайший месяц можно и не заикаться…
Топор после контакта с Паяльником никак не пострадал, однако продолжение дуэли не последовало. Вожак, а точнее — атаманша узнала моё оружие. Всё-таки владельцев огненных мечей в империи не так уж и много.
— Вот и свиделись! — нехорошо улыбнулся я и шарахнул по ней огненным ударом.
Рослую девушку в доспехах отшвырнуло прочь, приложив о полуразрушенную избу. Да так, что на некоторых брёвнах остались вмятины. Ну ничего, некоторым полезно получить по голове, чтобы мозги встали на положенное место. А я задолжал подарок одному курносому аналитику. Придётся отрабатывать…
На этом сопротивление окончательно затухло. Стоило пиратам увидеть поверженного лидера, которую я волочил по земле за собой, как всякое желание продолжать глупости у них отпало. Вот что значит — авторитет. Я нарочно притащил оглушённую противницу в центр островка, не гася Паяльника в руке. Выглядело очень красноречиво, и остальным десантникам осталось только упаковывать сдающихся. Одним словом, рутина.
В итоге мы взяли сорок два человека и три относительно целых корабля. Пожар на борту беглеца с моей помощью удалось погасить, после чего судно отбуксировали обратно. Думаю, косметическим ремонтом тут уже не обойдёшься, но это не наша забота. Пилоты умахнули к ближайшему городу за представителями клана «Древней», а мы остались сторожить пленных.
Коракс осмотрел самых тяжёлых, после чего заверил, что до суда доживут все, кого я сочту достойным. У нас раненных оказалось всего двое, включая меня. Удар топора оставил глубокую борозду на груди, зацепив сразу три ребра. Одно почти разрубил. Даже после прижиганий и работы целителя рана заживала неохотно — вот что значит зачарованное лезвие. Раньше подобная травма отправила бы меня в койку на несколько дней, а сейчас ощущался лишь дискомфорт во время дыхания. Всё-таки для того, чтобы сразить гранд-магистра нулевого ранга нужно что-то посерьёзнее.
Пиратов мы собрали под замаскированным пирсом, который почти не пострадал во время короткого штурма. Разве что живая маскировочная сеть пожухла от огня и дыма. Здесь было достаточно свободного места, чтобы держать всех на виду. На благоразумие пленных надеяться не стоило — люди в отчаянных ситуациях творят ту ещё дичь. Одного пришлось вылавливать прямо из реки, где он чуть не утонул. Тоже мне, морской волк.
Когда последняя изба оказалась потушенной и массовый пожар уже не грозил островной деревеньке я обратился к собравшимся:
— Империя недовольна вами! Молодые, сильные, зачастую одарённые — на что вы тратите свою жизнь?
Отвечать мне никто не стал. Многие и вовсе предпочли отвести глаза. Не из-за стыда, просто понимали, к чему я клоню.
— В любом случае, ваша воля сегодня закончилась. Хватит, нагулялись! Теперь у вас две дороги — служить или прислуживать задаром.
— Не по воровской чести это! — буркнул кто-то из задних рядов.
— Воровство и честь понятия несовместимые, — покачал я головой. — Ну-ка иди сюда, почитатель пиратских традиций.
Кислый быстро вытащил из сидячих щуплого мужичка, у которого расписано было даже лицо в виде оскаленного черепа. На обычных моряков такое может и произвело бы впечатление, а вот мне стало смешно.
— Так понимаю, трудиться на благо империи ты не хочешь? — уточнил я. — На рудниках тебе выбора не предоставят. Там либо вкалываешь до седьмого пота, либо питаешься одним воздухом. Но мы можем слегка ускорить события. Если тебе воровские принципы запрещают быть полезным для общества, придётся его от тебя избавить. Это будет чуть быстрее, чем голодная смерть в шахте. Что скажешь?
Пират насуплено молчал, не спеша просить казни.
— Ладно, я посчитаю до трёх, так что думай поскорее. Три, два…
— Катись в пекло! Ублю…
Договорить он не успел, вспыхнув с ног до головы. Даже крикнуть у него не получилось, потому что для этого тоже нужен воздух. Живой факел заметался по пирсу, потеряв направление, в котором находилась спасительная вода, после чего запнулся о бухту смотанного троса и рухнул на утоптанную землю. Там он и катался к ужасу дружков, что наблюдали за поджариванием заживо.
