— Почти уверен, что так и есть, — ответил я взволнованному суб-мастеру. — Но по-настоящему гиблым оно станет, когда мы туда доберёмся.
— Прошу прощения, командир.
— Не дрейфь, пока я не прикажу, и всё будет хорошо.
— Так точно!
Помимо бывшего «Грифона» и моей сработанной четвёрки я в довесок прихватил всего пару специалистов, чтобы не набивать кораблик до предела. Первый был живым сканером с даром видящего вглубь, который раньше прозябал в столичном гарнизоне, второй и вовсе являлся давним узником ордена. Если не сильно приглядываться, он не сильно и отличался от обычного человека, разве что растительность на теле зашкаливала, да уши выделялись повышенной остротой. Ничего примечательного. Полукровок в этом мире предостаточно, только вот глаза у них чаще всего не имеют ярко выраженного вертикального зрачка с красной радужкой.
Видимо, поэтому его и прозвали Зверем. Ещё во младенчестве он оказался подкинутым на порог приюта, а чуть позже уже вполне официально передан Серой Страже. У паренька прорезалась редкая способность к некромантии, что является в империи вовсе не даром, а совсем наоборот. В ордене ему предложили нехитрый выбор — либо умереть сразу, либо поработать на благо человечества и немного пожить. Разумеется, он выбрал второе, и большую часть жизни провёл в казематах, оттачивая мастерство. К миссиям его привлекали не так уж и часто, и чтобы совсем не сойти с ума, заклинатель Смерти занимался творчеством. Мастерил костяные поделки, довольно неплохо вышивал, а ещё писал стихи. Без шуток, у него даже томик имелся, куда попадали наиболее удачные работы.
Грянувшую контрреволюцию Зверь благополучно пересидел в подземелье, и без проблем пошёл на сотрудничество с новым начальством. За это его премировали собственным жилищем на поверхности. Пусть аскетичным и крохотным, но радости вечного узника не было предела. Теперь он мог спокойно ходить в библиотеку и столовую, как полноценный член ордена. В принципе, с магической Печатью на спине устраивать побег не имело смысла, и посадили его скорее для порядка. Как и всех прочих «проклятых». Некоторые сошли с ума в заключении, окончательно потеряв рассудок. Нам не осталось ничего, кроме как прекратить их мучения.
Зверь был самым перспективным из подневольных сотрудников. Несмотря свой на мрачный дар, в нём чувствовался интерес к жизни, а вот гнили не ощущалось. Возможно, сыграло роль не совсем человеческое происхождение, либо просто врождённая стойкость характера.
В любом случае, взять такого специалиста с собой имело смысл, раз мы отправлялись в обитель нежити. Даже если оно покинуто, лишним он не будет. Император мог сколько угодно строить из себя крутого перца, но пророчество искусственного ректора его всё-таки беспокоило. Сгинем здесь мы — следом отправится целая армада, которая должна не оставить камня на камне.
Кстати о них, о камнях. Более угрюмого пейзажа мне до сих пор не доводилось видеть. Спустя девять с лишним часов полёта над океаном наше судёнышко наконец-то достигло мёртвого берега. Ни травники, ни какого-либо пятнышка тепла — только скалы, галька да песок. И так на многие километры вглубь, докуда хватало взгляда с высоты.
Здесь даже рельеф был неуловимо чужим, будто мы очутились на другой планете. Никаких внезапных подъёмов или острых перепадов высот. Безжизненные пустыни сменялись не менее стерильными водоёмами, хотя хватало и высохших русел, превратившихся со временем в широкие овраги. Когда-то здесь возвышался ледниковый панцирь, но с годами он отступил на северную часть континента, сгладив местность словно утюгом.
Да, теперь стороны света вновь стали непривычными. Нас занесло на другое полушарие, примерно в умеренные широты. Дальше климат потихоньку холодал до самой приполярной шапки, где наверняка тоже гнездилась нечисть, подобно южному полюсу. Так это или нет, нам предстояло проверить. А в идеале — найти цели для полноценной экспедиции. Главнокомандующий хотел расфигачить большую часть костяков с воздуха, приготовив им какой-то загадочный сюрприз. Надеюсь, не атомную бомбу — с него станется.
Но для начала мы пролетели немного вдоль побережья в поисках следов прошлых разведчиков. Я решил следовать точно по их маршруту, а уж потом сосредоточиться на прочих задачах. Тем более, интуиция подсказывала, что те не просто так сгинули. Нежить и в самом деле отсутствовала, да и летать она не может, за что отдельное спасибо её создателям. Иначе распространение заразы стало бы куда более фатальным.
Первый час прошёл в напряжённом ожидании. Мы всеми средствами сканировали округу, включая наши дары. Однако ни живых, ни мёртвых так и не обнаружили, даже когда отдалились от береговой полосы. В целом пейзаж мало изменился, и всё так же давил на нервы. Пока корпус легонько не вздрогнул, как от шального попадания зазевавшейся птицы. Такое иногда случается, хотя местные летуны давно привыкли к воздушным судам, а потому стараются их избегать.
