Тревожное оповещение застало меня в столице, где я тщетно пытался выяснить причину моего вызова. У ордена там располагался лишь небольшой филиал с группой быстрого реагирования, а так же поредевший штат бумагомарателей, часть из которых перевели в цитадель. Не иначе кто-то расстроился от привалившей работы и шифровкой дёрнул меня с гор, потому что на месте выяснилось, что никто послание не отправлял. Однако вскоре я о нём почти забыл, потому что пошли срочные сводки, одна тревожнее другой.
И лишь на исходе первого часа картина стала понемногу проясняться.
Наш материк атаковали с четырёх направлений. Всё те же знакомые по налёту на Двипах «огурцы» принялись выгрызать портовые города телепортами, появившись будто из ниоткуда, а их более вместительные версии высаживали десанты из гомункулов. Попахивало полноценным вторжением, которого я так опасался. По тревоге подняли всех, и большая часть имперских войск принялась спешно стягиваться к побережью. Причём по всей протяжённости, дабы дополнительно укрепить периметр. Глубоких прорывов пока что не случилось — противник действовал обстоятельно и никуда не спешил.
В принципе, влететь где-нибудь в безлюдном месте не такая большая проблема. Другое дело, что ничем хорошим лихой наскок не закончится. Рано или поздно на хвосте повиснет чей-нибудь флот, перекрыв кратчайший путь к отступлению. А там начнут прижимать другие, подоспев с ближайших городов и родовых владений, ещё больше ограничивая манёвры. Пока ловушка не захлопнется окончательно.
Зависимость тут прямая. Чем дальше ты продвинулся по вражеской территории, тем шире тебе требуется сектор контроля, напоминающий клин. Или кусок пирога. Если тот выйдет слишком большой, можно и подавиться, попав в окружение. Работает это правило и в воздухе. Какие бы ни были продвинутые корабли, массовый обстрел они не переживут. Выводы из налёта на академию военные сделали вполне однозначные, там целая комиссия в своё время разбиралась.
Понимали это и демоны, решив начать с пограничных территорий. От маневровых ударов это их всё равно не убережёт, однако в будущем тылу они явно намеревались подавить всякое сопротивление.
Что касается Серой Стражи, то нам поручили оборонять не только цитадель, но и всю прилегающую гряду. Что не удивительно. Мы в глубоком тылу, как ни крути карту, поэтому никто больших достижений от нас не ждал. А вот ближайшие кланы, чьи владения делил хребет, могли отозвать куда больше сил.
А я застрял вообще в другом месте. Хорошо хоть полетел на мелком «шныре», прихватив с собой всего несколько человек. Приплюсовывая дежурную группу и тех, с кем по случаю собирался встретиться в столице, выходило две полноценные руки. Которых всё равно не на чем отвезти в цитадель. Транспортную систему парализовало, и в воздухе находились только военные.
В принципе, можно было реквизировать какую-нибудь скорлупку, но на время полёта я окончательно выпадал из руководства. Поэтому решил координировать действия прямо отсюда, благо связь поддерживалась со всеми ячейками. А ещё нам после согласования допуска стали приходить общевойсковые сводки. Которые с каждым часом становились всё тревожнее.
Отбросить вторженцев нигде не удалось, а в одном из городов они сильно потрепали выдвинувшихся вперёд торопыг из «Василисков». Самоуверенные родственнички мужа Кристы переоценили свои силы и потеряли существенную часть флота. У Дутвайнов пока всё было спокойно, ближайший прорыв располагался в бывших владениях «Мантикор», и там ситуация стабилизировалась. Город всё ещё держался, и оттуда смогли даже вывезти из-под удара часть жителей плавучим транспортом. Никто не преследовал целую флотилию судёнышек, пока на воде сражались боевые суда.
Чем больше я выслушивал донесения, тем больше замечал странностей. Центральный штаб как будто не выспался, и реагировал на всё с большим запозданием. Две эскадры и вовсе не смогли выполнить одновременный налёт из-за неверной координации. Прямо так и подмывало прогуляться во дворец и намылить кое-кому шею. Однако беспокоило меня другое — сам главнокомандующий так и не сделал никаких заявлений. Ни публичных, ни в качестве главнокомандующего.
Помню, во время смуты Эндин не стеснялся лично вызванивать командиров и втолковывать им, что надо делать. Его было, пожалуй, даже слишком много. А тут прошло несколько часов — и тишина. Дошло до того, что некоторые члены Совета напрямую пытались достучаться до императора. Штабисты разворачивали всех с одинаковой причиной — мол, он сейчас слишком занят для общения. С одной стороны ничего удивительного, учитывая ситуацию, а с другой нервозности в войсках становилось всё больше. Вплоть до едва заметных ноток паники, которые заметны далеко не всем, а лишь бывалым командирам. Дошло до того, что «Тернии» слишком далеко отступили под предлогом выбора более удобной позиции, чем тут же воспользовались атакующие. Ударив по бреши, они раскололи группировку, и военным пришлось ставить крест на освобождении города. Потери выходили слишком большими.
