Брат с сестрой вошли в квартиру в очень плачевном состоянии: он расстроенный и уставший, она изможденная и больная.
– Господи, что с тобой, Танечка, – Максим буквально подхватил ее на руки и унес в спальню.
Она ничего не говорила, смотрела на него, как будто не решаясь заговорить, а затем все же произнесла:
– У нас будет ребенок.
– В смысле? – растерялся Максим, но тут же его глаза вспыхнули радостными искрами, он опустился на колени перед женой, лежащей на кровати, взял ее лицо в свои ладони и тихо проговорил: – умница моя. Ты же умница, Танечка!
Было видно, как ее муж был рад, а точнее, счастлив новому известию. Он буквально летал, как на крыльях, старался во всем угодить, накормил, напоил и заботливо уложил снова в постель.
– Тебе надо выспаться по-хорошему. И стоит ли завтра пускаться во все тяжкие с этим показом? Не лучше ли отлежаться, прийти в себя и сходить к доктору, встать на учет. Если нужно, я могу быть с тобой целый день.
– Максик, давай завтра решим, а? – слабо проговорила Татьяна, а Максим улыбнулся. Она никогда не называла его так раньше.
Когда Татьяна заснула, Максим с Эдуардом расслабились по-мужски. Они сидели на кухне, уютно освещенной лампой дневного света, на столе стояла добротная бутылка водки, хорошая закуска, а в духовке медленно разогревалось жаркое в глиняном горшочке, и аромат его распространялся по всей кухне.
– Сам что ли готовил? – спросил Эдуард?
– Сам, – гордо ответил Максим. – Хотел жену удивить своими кулинарными способностями плюс ко всем остальным.
– Понятно. Способный ты наш, – по-доброму усмехнулся Эдик. – А у меня к тебе серьезный разговор. С Таней я пока не решился поговорить, не до этого было.
И Эдуард поведал своему шурину сначала все, что произошло с мамой, и как пострадала в этой истории Татьяна.
– Она, правда, просила тебя не очень посвящать во все подробности, но чего скрывать? Мама, конечно, подставила ее по-крупному. Но что взять с больного человека? Сама не знает, что творит. Но слава Богу, что все обошлось.
Максим слушал Эдуарда, а в глазах его был то ли страх, то ли ужас. Что ответить, он не знал. Действительно, больной человек, но почему другие люди должны вот так страдать и попадать в подобные переделки?
В ответ на этот вопрос Эдуард лишь сокрушенно пожал плечами и продолжил:
– Вот об этом и речь. Максим, послушай. У нас нарисовалась серьезная проблема, которую мы с Ликой собираемся решить. Понимаешь, появилась возможность уехать на год за границу поработать, в Грецию.
Максим напрягся. Он решил, что при таком раскладе Эдик предложит сестре уход и присмотр за мамой, не возьмут же они ее с собой в Грецию. Но Эдуард развеял его опасения.
Как оказалось, путешествуя по Греции, они посетили множество православных храмов, и в одном из них, посвященном Апостолу Андрею Первозванному, они повстречались с православным священником по имени Никон. У Лики было для него письмо от Марка Андреевича Турова и популярная в их кругах книга «Зримая истина» в подарок.
Никон прекрасно говорил по-русски, так как вел русские богослужения, книгу об иконописи принял с огромным удовольствием, расспросил о Турове и наконец прочитал его письмо.
– Так вы искусствовед, – обратился он к Лике. – Ну что ж, приятно иметь дело со знающими людьми.
Священник устроил им самую настоящую экскурсию по храму, со всеми историческими справками и подробным описанием икон и фресок. Что и говорить, они с Ликой нашли общий язык и проговорили в общей сложности почти два часа.
Никон был удивлен познаниями этой молодой русской женщины и расспросил ее подробно, где она обучалась и какой у нее род деятельности.
– У нас с мужем антикварный магазин, эта деятельность и определяет круг наших интересов: старинное искусство, предметы старины, иконы. Когда они попадают в наш магазин, мы их реставрируем, иногда сами, иногда сдаем в Дом антиквариата в Москве, у нас с ними тесное сотрудничество.
Никон слушал девушку очень внимательно, к разговору подключился и Эдуард, и наконец священник провел их в небольшую комнату, пригласил к столу, предложил холодного лимонного чаю и сказал:
– В письме Марк пишет мне, что вы его коллеги и соратники. Этого человека я знаю давно, и он присылал уже в наш храм толковых, знающих специалистов. Русские очень хорошо разбираются в нашем деле.
Лика с Эдуардом переглянулись, а Никон продолжил:
– Я думаю, Марк не зря послал вас ко мне. Наш храм закрывается на реставрацию, где-то после Рождества начнем. Работы предстоит очень много, но самое главное – это реставрационные работы, восстановление старинных икон и фресок, и нам нужен хороший специалист, знающий в этом деле толк. Хотите приехать к нам поработать?
Лика не верила своим ушам. Приехать пожить в Греции, да еще и заняться таким интересным делом, кто-бы отказался?
– А как долго это займет? – настороженно спросил Эдуард.
– Я думаю, год. Мы предоставим вам жилье, здесь же при храме. До моря пятьдесят метров. Анжелика будет реставратором-консультантом, ну а вы, Эдуард, поможете с ремонтом. Работы будет много.