— Ты их не переучишь. Они испорчены бездельем, — как-то сказал Артем. — Я заметила. Нам нужны новые люди. Такие, которые захотят учиться. Наши будут за ними наблюдать и захотят учиться.
— Не думаю. Никто не откажется от безделья, — лениво сказал Герман. И тут у меня просто опустились руки. Пришло понимание, что это борьба с ветряными мельницами. Им было все равно. Они смотрели на мою суету, как на игру ребенка, который возомнил, что чего-то может сделать. Построить настоящий замок из песка или сделает настоящую лодку и отправится в путешествие. Взрослые ребенку не мешают играть. Только следят за его безопасностью и смотрят, чтобы он не покалечился. И тут я поняла, что Герман имел под словами неравный брак. У нас он был неравный. Прошло три дня, и Герман разрешил навестить Дениса. Не подходить к нему. Только посмотреть со стороны. Денис лежал в кровати. Бледный. С красными глазами. На лбу тряпка. Он даже улыбнулся, но тут же закатил глаза. Герман подошел к нему. Чем-то промокнул его губы.
— Это нормально. Он ослабел. — Денис выживет? — Выживет, — ответил Герман. — Но пока нам нужно еще смотреть. Хорошо, что он не стал на тебя нападать, но я не знаю от слабости ли или от отсутствия к тебе тяги. — Я не могу рядом с ним находиться? — Пока нет. Пойдем. За ним приглядят. И вновь я оказалась без Дениса. Запал пропал, и наступила тоска. Я заметила, что стала часто пропадать в зимнем саду. Брала книгу, словно хотела читать, а на самом деле просто смотрела в окно, на котором было нарисован пляж и море. Этот вид успокаивал. Я могла часами смотреть в это окно и ни о чем не думать.
— Марина часто тут любила сидеть, — сказал Герман, находя меня. — Это самое тихое место в дурдоме. Я ее понимаю. — Согласен, — он сел рядом. — Тебе здесь не нравится. — Я не понимаю такого праздного образа жизни. И… Это ведь все идет во вред не только людям, но и вам. Вы перестаете развиваться. Останавливаетесь на одном уровне. Я понимаю, что тебе, как и Артему нравится такая жизнь. Ты живешь в свое удовольствие, не думая, что будет, когда вы один раз не захотите вставать утром? Когда будет неинтересно открыть глаза? Тебя уже не интересует, как развиваются другие страны. Когда ты в последний раз читал почту? Или когда ты эти письма писал? Что тебя интересует? — Ты повысила голос. Это интересно. Эмоции. Но какие? — Я за тебя переживаю.
— Зря. Я твой век протяну. — Ты меня все же не понимаешь, — сказала я. Герман меня обнял за плечи. — Почему не понимаю? Хорошо понимаю. Я привык, что у меня в кармане много времени. Вот и не тороплюсь. Ты же молодая и понимаешь, что времени мало. Тебе хочется все успеть, а не заложить фундамент. Так? Увидеть, как план обретает реальность. Мы с Артемом не против перемен. Но подумали, что их можно ввести в следующем поколении обитателей замка. — В следующем поколении? — Да. Тогда станет поспокойнее. Мне не нравятся нынешние правители некоторых областей. Я жду, когда они помрут или их сместят. Тогда будет проще наладить отношения. Мы по-разному смотрим на время. Для тебя оно исчисляется днями, а для меня месяцами. И все твои предложения мы сделаем, но…
— Лет через десять. Или через пятьдесят. — Долго? — спросил Герман. Подмигнул. Улыбнулся.
— А можно как-то жить не такими мерками? — Вряд ли это получится. Привычка — это такое дело… — Как и бюрократия с долгими обсуждениями. — Наберись терпения. Все будет. Пока у тебя будут другие заботы. Мне пришло письмо от одного клана. Меня просят взять на воспитание девочку. Возьмем? — Можно. А Денис? — Если он не сможет тебя контролировать, то мы сделаем обмен до его совершеннолетия. — Ясно. — Так я дам согласие на принятие в замок девочки? — Да. — Договорились. — Мама! — ко мне подбежал Денис. Артем стоял неподалеку. Я обняла сына. — Как ты? — Все хорошо.
— Он не помнит о случившемся, — ответил Артем. — Физическое развитие остановилось на уровне семи лет. Осталось лишь наполнить его голову знаниями. Денис был рядом. Со мной. Второй раз я его чуть не потеряла. И второй раз он остался рядом со мной. — Я начинаю склоняться к мысли, что в замке надо сделать академию. И тебя этой академией занять. А то ты парню дышать не дашь. Вон как ты его обнимаешь! — Герман, я просто его люблю. — Понимаю, но любовь должна быть дозированной. Артем, я думаю, что мальчик остается в замке. Под твою ответственность.
— Это нечестно! — Походи в няньках. Или я тебя отправлю замок захватывать. — Лучше замок. Из меня плохая нянька. Сами его воспитывайте. Я тут… — Тогда я тебя из замка выгоняю, — спокойно сказал Герман. — Это нечестно. Я тут еще с тех времен…
